приводитъ къ тому психологическому, ирраціональному отрицанію, которое легко обходится безъ положительныхъ идеаловъ и носитъ названіе нигилизма. Въ предыдущей главѣ я указалъ на этотъ русскій нигилизмъ, какъ онъ выразился въ «Дымѣ» Тургенева — въ рѣчахъ Потугиш и въ общей концепціи романа, при чемъ мы заподозрѣли въ этомъ природномъ русскомъ нигилизмѣ самого Тургенева. На «нигилизмъ» Тургенева указывали неоднократно. Онъ самъ разсказываетъ: «Ни отцы, ни дѣти», — сказала мнѣ одна остроумная дама, по прочтеніи моей книги — «вотъ настоящее заглавіе вашей повѣсти — и вы сами нигилистъ» (По поводу «Отцовъ и дѣтбй»). — Едва ли можно сомнѣваться въ томъ, что и у Базарова, подъ особыми формами отрицанія, обусловленными духомъ времени, скрывается, какъ его психологическая основа, именно указанный природный русскій нигилизмъ. Вспомнимъ: на замѣчаніе Аркадія, что Базаровъ «рѣшительно дурного мнѣнія о русскихъ», онъ отвѣчаетъ: «Эка важность! Русскій человѣтъ только тѣмъ и хорошъ, что онъ самъ о себѣ пресквернаго мнѣнія» (гл. IX). — Базаровъ и самъ, повидимому, сознаетъ, что этотъ нигилизмъ его есть черта русская — національная: «…а развѣ самъ я не русскій?» говоритъ онъ Павлу Петровичу въ отвѣтъ на слова послѣдняго; «стало быть, вы идете противъ своего народа?» — Еще знаменательнѣе слѣдующее мѣсто. Павелъ Петровичъ бросаетъ ему упрекъ въ томъ, что онъ презираетъ мужика. На это Базаровъ отвѣчаетъ такъ — «Что-жъ, коли онъ заслуживаетъ презрѣнія? Вы порицаете мое направленіе, а кто вамъ сказалъ, что оно во мнѣ случайно, что оно не вызвано тѣмъ самымъ народнымъ духомъ, во имя котораго вы такъ ратуете?» (гл. X). Итакъ, сдѣлавъ вышеуказанныя поправки въ аргументаціи Страхова, мы можемъ повторить его выводъ, что «Базаровъ представляетъ живое воплощеніе одной изъ сторонъ русскаго духа…» — «Весьма замѣчательно (говоритъ далѣе Страховъ), что онъ (Базаровъ) — такъ сказать, болѣе русскій, чѣмъ всѣ остальныя лица романа. Его рѣчь отличается простотою, мѣткостью, насмѣшливостью и совершенно русскимъ складомъ…» («Крит. статьи», стр. 29). 8. Теперь постараемся разобраться въ генеалогіи Базарова, какъ типа. Этотъ вопросъ живо интересовалъ и Писарева, всѣ симпатіи котораго на сторонѣ Базарова, и Герцена, отнесшагося къ нему съ нескрываемой антипатіей. Оба писателя, какъ и Страховъ, сразу поняли жизненность и правду этого типа, въ противоположность близорукой или пристрастной оцѣнкѣ его, сдѣланной Антоновичемъ и потомъ Скабичевскимъ [19] .— Не только идеи, мнѣнія, направленіе Базарова,