— Нет, — покачал головой адмирал Ямамото, — такой судьбы я своей стране не хочу. Нас, японцев, и в самом деле не так много, чтобы разбрасывать народ направо и налево. Но скажите, если вы такие всезнающие, какая судьба ждет японскую нацию в будущем?

Сказав это, адмирал замер, как бы демонстрируя полную покорность судьбе.

— А вот это, дорогой Исороку-сан, зависит только от вас, — отчеканил Серегин, — ведь вы — один из тех людей, которые способны влиять на судьбу своего народа и всего мира, и негоже вам отдаваться на волю ветра и волн и плыть по течению.

— Но все же, господин Серегин, — продолжал настаивать адмирал, — что стало бы с Японией, если бы вы сегодня не пришли в мой кабинет с предложением, которое вы еще не произнесли вслух, но я уже склонен на него согласиться, ибо понимаю, о чем там пойдет речь?

— В Основном Потоке, то есть в мирах, движущихся по предписанным историческим рельсам и не испытавшим постороннего влияния извне, Япония эту войну безнадежно проигрывала, — сказал генерал Бережной. — Но вам поражения увидеть было уже не суждено, потому что вы погибли за два года окончательного разгрома, в самый разгар сражений, когда будущая катастрофа была очевидна только умным людям, а все остальные еще питали надежды на благополучный исход войны. В итоге янки вплотную подступили к вашим островам ровно в тот момент, когда Советский Союз покончил с германским вопросом и развязал себе руки для разворота на восток. И хоть решающей была советская операция в Маньчжурии, сокрушившая Квантунскую армию, Японская империя в целом капитулировала перед англо-американскими союзниками, чем обеспечила себе на многие десятилетия вперед роль американского непотопляемого авианосца у советских границ и приоритетной цели для ответного удара.

— Дело в том, — добавила товарищ Антонова, — что в настоящий для вас момент человечество стоит на пороге обретения самого страшного оружия в своей истории, когда одна тяжелая бомба будет иметь эквивалент в десятки тысяч тонн тротила. И первым разрабатывать его начали как раз в Америке, стянувшей на себя интеллектуальные ресурсы со всего света. Пока эти работы еще только в самом начале, и финансируются они в мирное время далеко не в приоритетном порядке, но как только ваши первые бомбы упадут на Перл-Харбор, все резко ускорится. Ну а потом первое и единственное боевое (в кавычках) применение этого оружия в Основном Потоке состоялось по японским городам Хиросима и Нагасаки. Погибли сотни тысяч гражданских японцев: женщины, дети, старики — и все только для того, чтобы запугать американской мощью не только ваш народ, но и весь мир.