Гром над конвоем грянул только тогда, когда в походном ордере остались только корабли эскорта и транспорты с войсками. Атака двух огромных черных летающих кораблей, похожих на подобравших под себя лапы хищных жуков, выглядела как начало конца света. В общих чертах повторились обстоятельства гибели авианосных группировок в околокорейских водах и ночной атаки на Скапа-Флоу, только на этот раз беспощадные убийцы были видны невооруженным глазом, хотя и отсутствовали на радаре. Конвой — формация громоздкая, поэтому атаковать черным убийцам пришлось не один десяток раз, и самолеты, поднявшиеся с эскортных авианосцев, ничего не могли им сделать. И даже наступившая темнота не стала защитой для остатков конвоя — всех нашли и растерзали беспощадные мстители. И только тогда прекратились отчаянные вопли на аварийной волне, и в эфире настала тишина с эпитетом «гробовая». Все, больше никто никуда не идет. Все умерли.
И именно по этому поводу президент Эйзенхауэр собрал у себя на совещание министров военного кабинета. Ну как тут воевать, когда Атлантический океан стал непреодолимым препятствием, а в Европе дела идут по наихудшему варианту? Приказ на спешное отступление из баварской ловушки войскам уже отдан, но выполнить его во вменяемые сроки под бомбовыми ударами озверевшей русской авиации едва ли получится. И в то же время ни у кого нет сомнений, что русские не будут даже пытаться переносить боевые действия на американскую территорию. Для этого у них нет ни возможностей, ни желания.
— Итак, джентльмены, — сказал президент Эйзенхауэр, — у кого есть умные мысли, чтобы высказать в этом собрании? Ну-с, мистер Брэдли, начнем с вас, как-никак вы коллега мистера Жукова…
— Мистер Жуков делает то, что умеет, и то, что ему положено по должности, и сейчас мы должны говорить не о нем, — с солдатской прямотой рубанул Омар Брэдли. — Главное действующее лицо этой кампании скрыто от нас непроницаемым занавесом тайны, и лишь иногда из-за него высовываются руки в черных перчатках, чтобы снять с игральной доски те или иные фигуры. Ведь любому вменяемому человеку очевидно, что мистер Жуков и его начальник мистер Сталин — это одно, а тот кто выбил из нашей руки атомную дубину, изрядно вывихнув пальцы — совсем другое. Против мистера Жукова и его коллег мы ведем войну с равным по уровню, только более тактически грамотным, опытным и злым врагом. А вот таинственный мистер Икс делает с нами все, что ему вздумается, и это уже получается война миров, когда даже мистер Эйнштейн не может сказать, куда делись транспорты с разными дельными вещами, которые с таким изяществом сперли прямо из-под носа кораблей эскорта. Я не знаю, кто это — один человек, вроде капитана Немо или Робура-завоевателя, овладевший секретами древней (или, наоборот, космической) цивилизации, тайная организация с такими же возможностями или какое-нибудь потустороннее государство… Но явно одно — то, что приходит в наш мир через эту сущность, превосходит не только наши возможности, но и всяческое воображение. Единственная причина того, что мы пока живы и разговариваем тут, заключается в том, что захват территории Соединенных Штатов пока не входит в планы этой сущности.