— А вот тут ошибаешься. Я еще могу связать вас по рукам и ногам и оставить ждать здесь результата. Как думаете, что с вами сделают японцы, если обнаружат, что вы сдались без боя?

— Еще один повод нам поверить. Если мы, то есть вы, проиграете, нам конец.

— Щукины дети. Потом под трибунал пойдете. Военный.

— Думаю, он учтет, что вся наша семья в плену, — хмурясь, заметил техник, — а ты бы не пошел воевать, если бы твою жену держали в заложниках?

— И что? Думаете, если здесь победите, они ваших простят?

— Нет, но они и не узнают, что случилось, — все еще держа руки поднятыми, сказал старший, — будут считать, что мы погибли достойной смертью. Сохранят жизнь и пропитание.

— Черт с вами. Показывайте, куда его заманить нужно? — согласился Александр, но автомат на предохранитель ставить не спешил. Техник тут же подошел к стене, под которой лежал невысокий солдат, и открыл небольшую смотровую щель.

— Лучше всего, если он выйдет прямо на пути. Прямой наводкой. Но, если не получится, то полметра вправо или влево тоже пойдет, — объяснял он, показывая наружу. — Снаряд у нас мощный, артиллерийский, но всего один. Второго выстрела мы не сделаем.

— Значит, права на ошибку нет. Ладно, пусть будет так. А что с пулеметами? Вижу здесь целых два.

— Боекомплект давно закончился, — ответил техник. — Нас к вооружению в основном не подпускают. Мы же не добровольцы.

— Хорошо, — поразмыслив пару секунд, согласился Саша. — Значит, так и сделаем. Попробуйте только не подбить эту бандуру. Я вам после смерти буду являться. Ко мне приходили, так что знайте, это вполне возможно.

— Мы бы лучше еще на этом свете продержались, — усмехнулся старший.

Александр убрал засов с внутренней стороны двери. Один шанс. Рывок! Дверь отлетела в сторону, а он чуть не уперся в сплошную стену, лишь в последнее мгновение сумев скоординировать бег и запрыгнув в окно первого этажа. Осколки стекла разлетелись брызгами, не нанеся никакого вреда. Но следом за звоном застрекотали автоматные и пулеметные очереди. Отлично, значит, на него уже обратили внимание. Остается только двигаться вперед.

Пригибаясь и стараясь не попадаться под огонь, одновременно попадая в поле зрения, Саша бежал по длинному коридору железнодорожного управления. Здание, построенное в начале века, не отличалось оригинальностью. Маленькие кабинеты, куча дверей: просто, функционально, надежно. Но сейчас оно идеально подходило для его целей. Рывок! И вот он уже у окна. Сосредоточиться. У него в руках непривычная снайперка. Но и расстояния мизерные. Должно получиться.