Длинная автоматная очередь отбросила броненосца назад, и подняться быстро он уже не смог. Не медля, Лао подскочил к противнику, стреляя в упор в голову. Гад закрывался, блокируя пули толстыми пластинами на предплечьях. Но автомат делал свое дело, и одна из пуль особенно удачно зашла, проломив тонкую перегородку, защищающую ушную раковину. Зомби дернулся и затих. Вей довольно оглянулся. Только для того, чтобы понять, что схватка безнадежно проиграна.

Из первой десятки тварей семь было мертво, но из коридора уже валили новые. Отщелкнув пустой магазин и вставив новый, Александр открыл беглый огонь, стараясь отогнать тварь от упавшего Палыча. Катя еще каким-то чудом отбивалась, орудуя одновременно ножом и пистолетом. Ловкости ей и в самом деле было не занимать, но врагов навалилось чересчур много.

Меткость! Руки перестали дрожать, а прицел прыгать. И пусть это потом будет стоить ему бессонной ночи боли, сейчас он сможет выиграть несколько драгоценных мгновений для напарников. Два минуса. Четыре. Длинной очередью таки удается отбить Палыча, тут же скатившегося вниз на лестничную площадку.

— Гранату в проход! — крикнул Саша, не рассчитывая услышать ответ. Он просто делал свою работу. Пусть с непривычным оружием, но он лишь оправдывал свое прозвище. Истреблял. Десять минус. Кэт перепрыгнула через перила, спустившись под прикрытие непрекращающегося автоматного огня. Не отвлекаясь от скачущих по стенам мишеней, Вей краем глаза отметил, что Павел ранен и истекает кровью. Ему срочно нужно было наложить жгут на руку. Вот только действие усилителя на точность уже заканчивалось. Результативность резко снижалась. — Гранату, ать вашу!

Вспышка в коридоре на секунду озарила стены на пятнадцатом этаже. Снесла легкие перегородки и декоративные колонны. Но вместо желанного результата взрыв освободил проход для еще большей толпы. Сразу четверо зомби бросились к выходу. И когда перехватить удалось только двоих, Саша впервые понял, что может и не выбраться из этой мясорубки.

Еще одна вспышка, клубы дыма. Значит, он еще не один. Катя уже закончила с перевязкой. Встала рядом, плечом к плечу. Жаль, что ее автомат и дробовик Палыча валялись наверху. Приходилось отбиваться тем, что есть. Меняя очередной магазин, Вей пробежался ладонью по подсумку. Пять, нет, еще семь. Все равно мало для такой ситуации. Двадцать три минус.

Над стволом, покрытым кожухом, начинает сгущаться горячий воздух. Автомат дышит, расходится из-за перегрева. И надо дать оружию отдохнуть, но нельзя, некогда. Плечо, натренированное годами и превратившееся в одну сплошную мозоль, начинает болеть уже наравне с ранами, нанесенными броненосцем. Тридцать один.