— О, поздравляю! Значит, у нас не один такой видящий есть, — довольно потер ладони Агросов, а потом пояснил не разделяющему его оптимизма пациенту: — Человеческий мозг удивительно быстро приспосабливается. День, максимум три, и вы уже будете воспринимать эти изменения как нечто само собой разумеющееся. Особенно если поймете, насколько это полезно. Вы же теперь можете различать засады даже через стену, видеть в темноте, в конце концов, можете с уверенностью сказать, есть ли кто-то за углом.

— Нет, я все понимаю, в бою навыки полезные. Хотя я и предпочел бы тактические наушники и прибор инфракрасного виденья с тем же функционалом. Их-то в любой момент можно снять, чтобы голова не болела.

— Не переживайте, привыкнете, еще и спасибо скажете. Как вам, например, возможность с точностью рассмотреть женскую фигуру независимо от одежды?

— Как несусветная глупость, — чуть смутившись, ответил Саша. — Война кругом, не до грибов.

— А вот и зря, теперь одна из самых главных функций — это размножение. Не просто плодитесь и размножайтесь, а как можно быстрее плодитесь. Планета практически пуста, ее надо заселять.

— Ну вот победим, тогда и можно будет подумать на эту тему.

— Надеюсь, это произойдет скоро, — вздохнул врач. — Но в любом случае нужно думать о детях. Если не о тех, которых еще можно родить, то, по крайней мере, о выживших.

— И много таких? — с надеждой спросил Александр. Он сам был в первом спасательном конвое, которому удалось собрать несколько сотен подростков и детей младше двенадцати.

— Не то чтобы много, но и не мало. Среди тех, у кого УДИ уже стояли, смертность как у взрослых, но без имплантата выжили практически все. По крайней мере, большая часть. Были, конечно, жуткие трагедии, вроде резни в детском саду, где воспитательница обратилась в зомби. Там, где ребятишки постарше, уже чуть легче, но все равно.

— Ужас, — только и мог проговорить Саша, представив, что случилось. — Гребаные твари.

— Абсолютно согласен, им нет прощения, как и смысла сохранять им жизнь, — кивнул доктор, вставая. — Ты, кажется, почти пришел в себя? Так что давай одеваться, тебя ждут спортзал, столовая и здоровый сон. Да, еще нужно будет зайти на склад, получить обмундирование, не будешь же ты в гражданском на переговорах.

Александр подошел к тумбочке с одеждой и выбрал обычные джинсы, теплый свитер и легкую куртку. Пусть ему и не было холодно: помещение, скорее всего, прогревалось, но снаружи, судя по заледеневшим окнам, стоял вполне ощутимый ноябрьский мороз. Так что, пусть и на время, стоило переодеться в гражданское. Когда он был уже собран, Агросов поманил его за собой и вышел за дверь палаты.