— Есть кто? — громко крикнул Саша, стуча в последнюю дверь, которая оказалась заперта. Света здесь не было от слова совсем, так что ему пришлось пользоваться благоразумно прихваченной свечкой.

— Кто там? — раздался мальчишечий голос, полный растерянности.

— Посыльный капитан Сухов к начальнице училища Светловой, — ответил Александр, стараясь сохранить максимально дружелюбную интонацию. Только не хватало, чтобы его от испуга пристрелили через дверь. — Впустишь меня?

— Приказано никого не впускать, пока две недели не пройдут!

— Так, понятно, приказ правильный, но сообщить-то о том, что я прибыл, ты можешь? — сдержанно спросил Истребитель. — Где сейчас Татьяна?

— Она, наверное, на лекции или у себя в кабинете.

— Так, парень, не знаю, кто ты, но немедленно отправляйся и найди…

— Не положено оставлять пост! — ответил караульный с явными нотками страха. Судя по всему, ему вряд ли было больше семнадцати, но устав он знал и решил держаться до последнего.

— Хорошо, — согласился Саша, решив зайти с другой стороны, — а что положено делать при появлении важного гонца?

— Немедленно доложить командованию!

— И как ты это сделаешь?

— По рации! — не задумываясь, ответил парень и тут понял, что попал впросак: — Блин, рации-то нет.

— Ладно, я упрощу тебе жизнь. Ори благим матом! Что если сейчас же не пустишь меня внутрь, то тебя немедленно пристрелят!

— Тревога!!! Посторонний! — закричал караульный так, что слышно, наверное, было даже на улице. Сквозь десяток стен. Александр от греха подальше отошел от двери и сел под окном у толстой бетонной стены. А то мало ли, сначала стрелять начнут, а потом спрашивать. — Тревога!!

Топот десятка ног отчетливо говорил, что его план, хотя бы в первой части, удался на ура. Гомон быстро нарастающей толпы был отлично слышен даже через переборки, но спустя пару секунд поверх общего шума раздался крик, мгновенно прекративший галдеж.

— Смирно! — раздался с той стороны хорошо знакомый рявкающий голос сержанта Никольского. — Доложить обстановку!

— Так точно, посторонний пришел! — ответил срывающимся голосом часовой.

— Пришел? То есть на тебя не напали? — угрожающе зарычал мужчина.

— Давид! Это я, Сухов, узнаешь⁈ — крикнул Александр, не поднимая головы.

— Че, серьезно? — крайне удивился сержант и в следующую секунду выглянул за дверь. — О, Саня! Живой! Ты чего здесь делаешь?

— Не видишь, под окном сижу, приветствую, товарищ сержант!

— Э нет, это я тебя приветствую, товарищ младший лейтенант! — улыбнулся Никольский. — Заходи, дорогой, по делу?

— Боюсь, ты ошибся, — обнял его Саша и сдавил в объятиях, — уже не младший и даже не лейтенант. — С плохо скрываемой гордостью он поднес свечу к нашивкам на броне.