— Зомби перебить, но боеприпасы не тратьте, можете их просто выгнать обратно на мороз. Теперь, когда они связаны, долго им не протянуть. А вот с пленными…

— По законам военного времени, мы должны их охранять, содержать и передать противостоящей стороне в случае обмена, — строго ответил сапер.

— Думаешь, она кому-то из наших жизнь сохранит в подобных обстоятельствах? Сомневаюсь.

— Ну, не уподобляться же им?

— Это точно, — Саша с некоторым сомнением посмотрел на локомотив, — как думаешь, на нем можно добраться до Порта?

— Черт его знает, — пожал плечами Орин. — Карт у нас нет, а то, что выдали в ВВУ, годится только для этой местности.

— Точно, значит, у них должны быть и другие карты. Марина! — крикнул он радостно девушке, выбравшейся из бэтээра. — Скажи, у вас есть карты старых жд-путей?

— Чего?

— Идея появилась, может, нам удастся доставить все лекарства, да и бронепоезд лишним не будет.

— Зачем все это? — спросила она, ошарашенно глядя на истекающего кровью переводчика. — Они же не бандиты, не зараженные, что случилось? Откуда вообще здесь взялись японцы? Посольство?

— Если бы, к нам их крейсер причалил, думали, союзники. А вот видишь, как получилось.

— Но можно же договориться? Как-то прийти к общему благу?

— Поверь, не в этом случае. Договориться можно, если обе стороны этого хотят…

— Может, мы можем предложить то, что им нужно? Те же медикаменты?

— Им нужна смерть маленького мальчика. И все остальное, что они смогут захапать. Для Рэй не существует слова «хватит». — Саша полной грудью вдохнул морозный воздух и закончил: — К сожалению. Ладно, Марк! Мы с тобой возвращаемся в ВСУ. Остальные остаются здесь. Старший Орин, готовьте локомотив к отправке. Ни за что не поверю, что мы не сможем доставить все необходимое в Порт за один раз. Пойдем, Марин, нечего тебе тут оставаться.

— Погоди секунду. — Она опустилась на колени перед убитым самураем. Истребитель подумал было, что девушка собирается закрыть погибшему глаза. Но она достала нож и, вспоров куртку и морскую форму, отошла в сторону. — Ты видишь то же, что и я?

— Наверное. — Александр подошел ближе, чтобы окончательно убедиться. Глаза его не обманывали. Торс воина был покрыт маленькими черными чешуйками. Будто у контролера. Были видны швы, по которым пересаживалась кожа. Темные, почти угольные линии остались в местах трансплантированных внутренних органов. — Что за Франкенштейна она создала?

— Здесь то же самое, командир, — крикнул Орин, высовываясь из локомотива.

Они осмотрели всех убитых. Затем раненых и пленных. Почти у всех были обнаружены следы пересадок. Только у сдавшихся в плен их не было или оказалось по минимуму.