— Что, язык отсох? — Душа в пятки ушла, — признался я. — Не ври, я надежно держу её левой рукой. — Это не душа. — Но, когда ты соблазнял сразу двух Древних девушек, явно не о спасении души думал, — Требал поцеловала меня в шею, продолжая намыливать тело. Ну и вполне конкретную его часть. — Знаешь, тут прохладно. — Хороший синоним к выражению «съежился от страха», — продолжала с довольной улыбкой своё дело доранданка. — Хотел бы я посмотреть на твои откровения в такие моменты, — признался я, вздрогну, когда её ноготки, ничуть не уступающие по крепости и остроте чайиным, чиркнули меня, вроде бы случайно, внизу живота. — Я девочка умная, я в такие ситуации не попадаю, — доверительно сказала Требал. — Да ну? — засомневался я. — Напомнить из-за кого нам теперь придется тот стол чинить? — Ну, развалилась старая мебель, не выдержав груза стыда и аморальности, с кем не бывает, — Требал опускалась все ниже, при этом смотрела мне прямо в глаза. — Так ты ответишь или тебе нужно время подумать? — А… Можешь не сжимать? А то как-то тесен стал мой мир. — А ты не тяни с ответом и поймешь как много прекрасного тебя окружает, если не держать себя в рамках. — Так не мои рамки сейчас сковывают… — Не болтал бы лишнего, я бы не перешла к крайним мерам, — заверила меня девушка, легонько проходясь ноготками и пальчиками по спине свободной от удержания первого места рукой. — Ты ведь сейчас развлекаешься от того, что мне неловко? — уточнил я. — Всего лишь неловко? — озорно улыбнулась Требал. — Ну, тогда сожму крепче… — Не стоит, — попросил я, пригладив её волосы, пропитавшиеся водяным паром. — Ты же понимаешь… Я впервые в такой ситуации. И, честно, не знаю как назвать такие отношения. Требал замерла у самого сокровенного, посмотрела на меня снизу вверх, после чего освободила меня от удушающей хватки и выпрямилась. На её лице появилась грусть. Девушка прильнула ко мне и обняла, положив голову мне на грудь. — Знаешь, — тихо произнесла она, — я очень надеялась на то, что все происходящее между нами, это часть твоей большой игры. Раздразнил красавиц и вьешь из нас веревки, получая наслаждение от того, как мы себе головы ломаем, пытаясь тебя понять. Я думала, что у вас на Земле так принято. — Есть такие случаи, но это исключение, не правило, — признал я. — И таких мужчин обычно женщины называют крайне бранными словами. Требал посмотрела на меня, после чего с улыбкой поцеловала. — Запомни, дорогой, — она провела ноготками по моей почти зажившей груди. — Женщина пойдет на все, чтобы быть