— Хорошо, — кивнула я. — я обещаю, что передам кинжал Илайе…
— Как можно скорее, — перебил меня Адрей, заметив, что я закончила фразу. И я, кивнув, повторила:
— Как можно скорее. И не стану убивать мальчишек только потому, что они дети Грегорика. Но если они решат пойти против меня, моего брата или моих детей, я забуду про это обещание.
— Идет, — согласился Адрей. — тогда я скажу, чтоб мальчишек привели к тебе, и принесу кинжал. А завтра утром ты отправишься в Южную пустошь, чтобы передать кинжал Илайе.
— В этом нет никакой необходимости, — покачала я головой, — она вот-вот сбежит оттуда. Там для нее, — я не могла не улыбнуться, — стало слишком опасно.
Адрей кивнул.
Он не знал, я его обманула. Я вовсе не собиралась отдавать артефакт Илайе.
Глава 13
Утро настало через пару часов после визита Адрея. К связке артефактов, которые прятались в сундуке, добавился еще один, а в моей комнате появились две молчаливые тени: Антос и Грегорик-младший.
Ошейников на них не было, одежда Грегорика тоже мало напоминала рабскую хламиду, однако с первого взгляда было видно, эти подростки привыкли к своему положение и приняли его. С тех пор, как Адрей привел их ко мне, они так и простояли у дверей, опустив глаза в пол и не произнеся ни слова.
На мои вопросы отвечали односложно и так тихо, что мне приходилось прислушиваться. А когда я подходила к ним поближе, чтобы разобрать слова, непроизвольно втягивали голову в плечи и сжимались… Амазонки никогда не были добры к своим рабам. Прекрасные воительницы ненавидели и презирали мужчин. И я только сжимала зубы, когда представляла, что довелось пережить этим ребятам после того, как их статус изменился.
И хотя именно Илайя продала их в рабство, я почувствовала себя виноватой. Если бы я отправила их не в Королевство Кларин… И хотя изначально это решение казалось мне идеальным, сейчас я поняла, как сильно ошиблась.
— Гергорик, Антос, нам пора ехать.
Тени одновременно качнулись и засеменили вслед за мной. Я знала, они не смотрят на меня, привычка опускать глаза была сильнее понимания, что они больше не рабы. Но кожу на моей спине жгло так сильно, как будто бы сам король Грегорик смотрел на меня в упор. Как я могла допустить, чтобы его дети стали рабами⁈ Я должна была вернуть их домой, сразу, как только стала королевой. Но теперь было уже поздно…
— Ваше величество, — рядом с каретой меня уже ждал толстый монах, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, — эти мальчики ваши рабы? — сразу после обычного приветствия выдал он, заставив меня дернуться, как от пощечины. — я думал в Грилории нет рабства…