— Подожди, Жерен, — остановила я друга, изливающего проклятья в адрес магов. И пристально посмотрела на младшего инквизитора Бартоша. — Охрана мне не нужна, и не в моих правилах заставлять людей поступать так, как мне нужно, магией. Но если твои братья способны помочь нам магией в разобрать завалы, то я готова подумать о том, чтобы оставить их в живых. Ваша магия способна на такое?

Маг, не сводя с меня глаз, задумался. Он понял, мой намек верно. Его братья могут быть мне полезны. Но вот он сам… И теперь, я готова была поклясться, в его душа шла нешуточная борьба: с одной стороны он может поторговаться за жизнь своих братьев, по-прежнему сильно рискуя своей, а с другой, может отказаться от своих замыслов и сделать так, чтобы участь его братьев не отличалась от его собственной. Я не нарочно поставила его перед таким выбором. Но от того, как поступит этот маг, зависело очень многое.

Думал он недолго. Взмахнув кистью руки, в которой было зажато перо, он резко и отрывисто чиркнул что-то на подставленном Аррамом листе. Тот прочитал:

— Да. Мои братья могут поднимать тяжести магией и создавать магические щиты, способные выдержать тяжесть падающих обломков. А кто-то может помочь даже в излечении…

Я улыбнулась, маг выдержал проверку.

— Отлично, — кивнула я, — твои братья могут сохранить жизнь, если согласятся помогать нам. Есть правда, один нюанс. Им придется принести клятву всем Богам о том, что они никогда не станут использовать магию во вред людям. И вторую — в верности его величеству Фиодору. Вы ведь знаете, эту клятву не может нарушить никто, даже маг…

Маг снова задумался. А потом написал ответ:

— Думаю, они согласятся на ваши условия. Если вы позволите мне поговорить с ними, и все объяснить.

— Не позволю, — качнула я головой. — Ваши люди должны принять это решение самостоятельно. А по поводу вас, — маг обреченно прикрыл глаза, готовясь выслушать смертный приговор, — от вас тоже потребуется клятва верности, — маг вскинул на меня ошеломленный взгляд, в котором смешалось неверие и надежда одновременно. — И еще одна в том, что вы станете использовать свои способности инквизитора только для помощи тем, у кого помутился разум.

Маг почти не раздумывал. Он кивнул сразу, как только я закончила говорить. И написал, чтобы его поняли правильно:

— Я согласен.

Я улыбнулась.

— Аррам, — приказала я, — достань меч и приложи его к шее Бартоша. Если он попытается произнести хотя бы одно лишнее слово, руби без жалости.

Наемник хмыкнул и отшвырнув в сторону книжку и листами бумаги, которые он держал перед магом, выполнил мой приказ. Он очень старался и слегка поцарапал кожу на шее, демонстрируя магу остроту лезвия. Я не стала останавливать его рвение. Жалости во мне по-прежнему не было, я по-прежнему видела в этом маге врага. Но такого врага, который может быть гораздо полезнее живым, чем мертвым.