Значит, дождались! Я сделал пару глубоких вдохов, написал сообщения Руслану и Крысе — и побежал назад.
Глава 8
На бегу я услышал звуки нового боя, но потом опять стало тихо. Мне хватило ума не влетать в лощину с шашкой наголо, а притаиться на краю за деревьями. Я заметил Одиннадцатого, который юркнул в ангар. А по улице подходил Танака во главе смешанного отряда (возродившаяся стража и самураи, вырванные с праздника в Динасдане), переступая через тела мертвых неписей из клана Первых людей.
Не считая прионовой эйфории у моих союзников и того факта, что я оказался отрезан от основных сил, все шло по плану. Или уже нет? Как-то много бойцов Танака привел с собой…
Теперь роли поменялись, и ангар штурмовали наши противники. Я подождал, пока они просочились внутрь. На поляне осталось только несколько раненых, которых лечили два мага поддержки. Удостоверившись, что Танака спустился в подземелье, я активировал маскировку, подкрался на расстояние уверенного выстрела и разрядил «оскал квинканы» в спины магов, а потом и в их подопечных.
Фантазия у Первых людей, снабдивших меня боеприпасами с маркировкой «R. I. P.», оказалась такая же нездоровая, как и у сценаристов Эфира. Тут больше подошли бы слова не «покойся с миром», а «раскройся с мясом». Впрочем, я не испытывал сейчас ни сочувствия к врагам, ни моральных терзаний из-за того, что стреляю в спины. Результат был важнее.
Я пронесся по коридорам, упокоив нескольких человек, не ожидавших нападения сзади, а перед выходом в главный зал снова ушел в невидимость.
Вождь с Восьмым при поддержке Десятого отбивались сразу от семерых противников. Часовой, как спрут, не только держал двойной защитный купол и потрошил грядки с кристаллами, но и лупил по потолку, сбивая вражеских ниндзя. За спиной Десятого между клетками с монстрами носились Седьмой и Одиннадцатый — убивали зверей и собирали кристаллы. А в углу Родригес отпаивала эликсирами раненую Фифти.
Первые люди, накачанные прионом с практически безлимитным доступом к перезарядке, явно побеждали.
Танака, как и предполагалось, вперед не лез. Пропустил вперед бойцов ближнего боя и, вооружившись арбалетом, действовал во второй линии атакующих. Я метнул «проклятый рой» в спину тех, кто стоял с ним рядом, и прыгнул на Танаку с гарротой в руках. Набросил удавку ему на шею, подбил ногу и, прикрываясь им, как щитом, заорал:
— Оружие на пол! Руки за голову! Всем лежать мордой в пол!
Только теперь, крича, я по-настоящему осознал, как меня прет. Все вокруг этому способствовало — сработавший план, прион, неподдельный испуг Танаки, очередные нахлынувшие воспоминания, удивленные взгляды самураев.