Рома просто издевается! Кактусом меня обозвал. Надеюсь, это не из-за того, что пора на эпиляцию? У меня лазер, так что все должно быть в порядке.

Все равно он невыносимый тип! И характер у него какой-то авантюрный, и чувство юмора сомнительное, и дразнит меня без конца.

Мастер, блин, фокусов по раздеванию. Минуты не прошло, а я опять без ничего. И Рома без ничего. И, лютики-цветочки, какой же он!

У меня сносит крышу от его поцелуев, а мое тело весьма предательски откровенно отзывается на его ласки. Как будто Рома знает мое тело лучше меня. Касается ровно там, где мне приятнее всего. Целует так, как мне больше всего хочется.

Томные вздохи? Нежные стоны? Ха! Все было очень громко и очень неприлично. И до безумия приятно.

– Ев, ты будешь ругаться, – виновато выдыхает Рома мне в шею.

– Что случилось? – спрашиваю лениво. Я плаваю где-то в чувственном тумане, как любят писать в романах. – Ты забыл про защиту? Не кипишуй, я на таблетках. Детей мы планировали через годик.

– Я поставил тебе засос, – сознается Рома. – Вот здесь, – касается моей шеи. – Точнее, два. Второй на бедре. Но маленький и миленький.

– Не переживай, – я устраиваюсь удобнее в его руках, – у тебя на плече большой и брутальный. И, возможно, на спине остались отпечатки моих ногтей. Я не специально, так получи-илось, – заканчиваю с зевком.

– А, ну ладно, – Рома хозяйским жестом кладет руку мне на грудь. – На завтрак идем?

– Идем, – отвечаю уверенно, не делая попытки встать. – Если нас не накормят, я тебя укушу. Не в порыве страсти.

– Тогда надо вставать, – но подниматься Рома тоже не спешит. – Ты когда кушать хочешь, очень вредная. Давай собираться.

– Глаза закрой, – прошу его.

– Вот уж нет, – усмехается нахально. – Как это – закрой глаза? Не, Ев, мне нравится на тебя смотреть. Тем более я все видел, всё трогал и всё слышал. Мне нравится, как ты кричишь для меня, – шепчет мне на ухо.

– То есть тебя ничего не смущает? – понимаю, что взывать к его совести бесполезно. Ее у него нет просто.

– А почему меня что-то должно смущать? – он, перекатившись на спину, укладывает меня на себя, чмокает меня в нос. – Мне кажется, кто-то сильно запаривается несущественными мелочами. Мне нравится на тебя смотреть, а еще больше нравится трогать, руки ну вот как магнитом притягиваются, – в доказательство такой намагниченности сразу кладет ладони мне на, кхм, бедра. – Ев, мне, чтобы заметить, что там не так с прической или маникюром, нужно специально акцентировать на этом внимание. В принципе, я так и делаю, но это забирает кучу внимания. Это Костя помнит, в каком костюме моя секретарь была неделю назад, а я, уйдя с работы, не вспомню, в чем она была сегодня. Короче, ты мне нравишься и сонная, и растрепанная, и ворчливая. Только, умоляю, давай без тестов в стиле «Найди десять отличий между красными туфлями и красными туфлями».