крови и Алдына. Их работа — это тёмное дело, что выходит за пределы морали. Они были готовы на всё ради своих целей. Он замолчал, а я почувствовала, как холодок страха пробежал по моей спине. Кровь и магия — это были опасные вещи, особенно если они оказывались в руках тех, кто готов переступить любые границы. Я тихо кивнула, побуждая его продолжать. — Некоторые из этих магов — преступники, которые смогли пробраться в ковен. Представляешь? — Эдван сжал кулак, и я видела, как напряжены его мышцы. — Преступники занимали кресла в ковене магов, и это безумие. У нас есть доказательства, и данные по ним уже передали Ардаль. Это дело государственной важности. — Но зачем они это делали? — спросила я, не скрывая своего удивления. — К чему все эти эксперименты? Эдван глубоко вздохнул. —Желание новых открытий, они создавали по истине великие вещи, ужасные, но великие.Им требовалась "влюблённая дурочка", чтобы проверить некоторые из своих заклятий на драконах и истинной магии. Они искали подходящего человека, того, кто станет частью их плана, и нашли Мариссу. — Бывший преподаватель Мариссы и Элизы, продал информацию по ученицам, — продолжил Эдван. — После этого он сбежал. Позже, после не удачного эксперимента с истинностью, эти маги связались с отцом Мариссы. Они предложили ему сделку: за жизнь дракончика обещали высокое место и земли при государстве. А малыша хотели пустить на опыты. Кровь дракона очень ценится, а взрослого дракона поймать они не в состоянии, поэтому решили охотиться на ребёнка. — Какой ужас... — прошептала я, чувствуя, как страх и злость переплетаются внутри меня. — А как Твист был замешан во всём этом? — Твист был одним из них, — проговорил он. Эдван сделал паузу, его взгляд был тяжёлым, но уверенным. — Я связался с Севером, — сказал он, — он прилетел и теперь конвоирует магов в государственную темницу. Это дело государственной важности, и им займутся лично драконы. а у меня пока отпуск, думаю после всего случившегося я могу провести время, рядом с дорогими мне людьми. Я глубоко вздохнула, стараясь осмыслить всё, что услышала. Казалось, что каждый новый факт добавлял ещё одну тяжёлую плиту на мою душу. Мы прошли через многое, но видеть, как вокруг нас плетутся такие зловещие сети, было тяжело. Я знала, что в мире есть зло, но одно дело — понимать это, и совсем другое — столкнуться с ним лицом к лицу. — А что насчёт Мариссы? — спросила я, чувствуя, что этот вопрос не даёт мне покоя. — По поводу Мариссы, — ответил Эдван, его голос стал мягче,