делая вид, что просто ищу у него поддержки. Но на самом деле мои пальцы скользнули в его густую шерсть, и я нащупала медальон, который был тщательно спрятан среди мягкой шерсти. Одной рукой держась за подвеску, другой — касаясь живота Мариссы, я установила тонкую связь. Энергия начала течь через медальон, направляясь к ребёнку. Я сразу почувствовала, как он откликнулся, как будто ждал именно меня. Это был не просто младенец — его разум давно проявился, и это осознание заставило меня на миг задержать дыхание. Тело Мариссы слегка расслабилось, её судороги на мгновение прекратились, дыхание стало более ровным. Лицо её разгладилось, но я знала, что это всего лишь временное облегчение. Я продолжала аккуратно направлять силу через медальон к ребёнку, который уже реагировал на меня. Это было похоже на тихий разговор, который никто не слышал, кроме нас двоих. — Это даже не кризис, — тихо прошептала я, продолжая держать руку на животе Мариссы. Энергия медленно окутывала ребёнка, помогая ему справиться с тем, что происходило внутри. — Дальше будет хуже. 15 Повозка замерла, и казалось, что тишина на мгновение накрыла всех. Лорд Бароль остался стоять рядом, его ярость теперь казалась более приглушённой, но от этого ещё более зловещей. Я чувствовала на себе его взгляд — такой холодный и полный ненависти, что от него хотелось спрятаться, исчезнуть. Но сделать это сейчас было невозможно. Марисса лежала неподвижно, её лицо было бледным и покрыто потом, а дыхание постепенно успокаивалось. Я знала, что это всего лишь временное облегчение. Моя магия не могла полностью стабилизировать ситуацию, особенно с таким сложным состоянием её тела и ребёнка внутри. Барсик мягко терся о мою руку, его тёплая шерсть действовала успокаивающе, хотя и это казалось недостаточным. Я чувствовала себя словно на краю пропасти. Ребёнок внутри Мариссы откликнулся на мою магию, но я знала, что это было только началом чего-то гораздо более опасного. Что-то зреет внутри, и скоро прорвётся наружу. — Она в порядке? — спросил один из охранников, его голос дрожал от нервозности. Все взгляды были прикованы к нам. Я медленно подняла голову, оглядываясь на лорда Бароля. Тот стоял, скрестив руки на груди, его глаза не отрывались от меня, требуя ответа. Он был готов на всё, чтобы спасти свою дочь, но его жестокость не знала границ. Внутри меня росло чувство, что ситуация станет ещё хуже, если он продолжит давить на меня и на Мариссу. — Она успокоилась, но... — я осеклась, подбирая слова. — Это временно. Её состояние