Но внимательно изучив карту, я заметил, что русские игроки не слишком уж усердствует с зачисткой вредоносных локаций. За все две недели, что я вёл наблюдение, во всей трехсоткилометровой сфере не исчезло ни одной, а наоборот, появились две новые. Так что я не терял надежды вернуть свой меч.

В уголке глаза замерцал сигнал, предупреждающий о разрядке батареи. Завершив удар и устало выдохнув, я активировал кнопку выхода, на сегодня всё. Головокружение, легкий туман перед глазами, и будильник, набирая мощь, трезвонит, что время полседьмого утра. Умывание, завтрак под болтовню телевизора на кухне, и наступает время бежать.

Мама ещё только встала и пытается проснуться, её утренний кофе, приготовленный мной, уже стоит на столе вместе с парой бутербродов. Чмокнул её в щеку и быстро одеваюсь, всё, пора идти. Теперь утренний забег, ещё многое нужно успеть. Вместо привычного маршрута приходится сделать изрядный крюк в сторону от школы к старой здравнице.

Стройка, начатая еще при коммунистах и при них же замороженная, потом развал Союза, и всё здесь окончательно замерло, видимо, навсегда. Что можно было приспособить в хозяйстве, местные жители давно растащили, и теперь здесь лежали лишь остатки стен, куски ржавой арматуры, торчащие из бетона, да лестничные переходы, ведущие в никуда. Вместе это служило прибежищем для местных алкоголиков и бомжей.

Про это место ходило много плохих слухов, и раньше я бы сюда ни за что не сунулся, но это до того, как при очередном сканировании я не узнал, что здесь была повышенная энергетическая активность, и оставленный на зарядку тут Ключ к окончанию уроков будет на две трети заряжен. Дома я бы за это время накопил бы в лучшем случае пятнадцать или двадцать процентов от общего объёма.

Поэтому мне и приходилось идти на риск, бегая сюда перед занятиями, а потом и после них. Добежать до остатков стройки, оглядятся по сторонам и, не увидев никого, сунуть Ключ в нишу, примеченную раньше, выбоину в стене, которую я прикрыл остаткам кирпича. На случай звонков от мамы я купил дешёвенький мобильник, куда и переставил сим-карту.

Все готова, теперь пора в школу. После получения травмы Олегом прошло две недели. Обстановка в классе сильно поменялась, вначале все разговаривали шепотом, что-то порывались делать, не слышно смеха. Света, войдя в роль безутешной вдовы, часто плакала, но я всё меньше верил в искренность этих слез, а пару дней назад я увидел, как она, открыв косметичку, как ни в чем не бывало накрашивала губы, прихорашиваясь.

Жизнь шла своим чередом, всё меньше вспоминали того, кто совсем недавно был царем школы. Но мне от этого не легче, я слишком хорошо знал, по чьей вине он таким стал.