— Сиди, парень, сиди, — говорит он. — Ты им сейчас ничем не поможешь. Они думают немного иначе, чем мы. Стайные существа, нам их не понять. Хорошо, что их у тебя двое. Поддерживают друг друга. Это правильно.

— А почему об этом никто не знает? — задаю вопрос.

— Да все знают, просто не обращают на это внимание. Принимают как данность, так удобнее, — поясняет Микаэл Борисович.

Он берет небольшой пузырек из нагрудного кармана и капает в чистую чашку.

— На, выпей — поможет, — ритуалист протягивает жидкость Василисе.

Фейка делает несколько судорожных глотков между приступами рыданий.

— Хорошая у неё маман, — говорит Микаэл Борисович чуть тише. — Была… Без неё я бы многого не понял. Да кто ж знает, где бы я вообще был? Должен я ей, конечно. Сильно должен.

— Вы говорите, её убили? — напоминаю.

— Да, — кивает ритуалист. — Убили. Специально охотились за ней, не за мной. Я в своё время отказался её продавать.

Переглядываемся с Феофаном. Вспоминаю разговор с экзаменаторами и председателем Совета Магов.

— К тебе уже приходили, да? — правильно понимает наши взгляды Микаэл Борисович. — Тогда имей в виду. Мама этой девчонки, — он кивает на заплаканную Василису. — Умела будущее видеть. Не всё, только глобальные вещи. О смерти своей узнала заранее, так что мы с ней были вполне готовы. Переломить не смогли.

— Почему так? — спрашиваю.

— Пусть магия у гоблинов не такая сильная, но мерзкая, — поясняет мужик, а Феофан кивает в подтверждение его слов. — Да и феям, как ты, скорее, всего уже знаешь, она не даётся. Они поставили ловушку. Эти ублюдки наняли гоблинов. Единственных существ, способных укрыться от феев. Мы их заметили не сразу. А когда увидели, было уже слишком поздно.

— Кто заказал? — задаю вопрос.

Ритуалист не отвечает, только пристально смотрит на меня.

Шумно отхлёбывает чай из кружки и откусывает пирожное.

— Пей-пей, там правильные травы, сам рецепт подбирал, — поясняет Микаэл Борисович перед тем, как продолжить рассказ. — В общем, пока я отбивался от гоблинов, мою фейку пристрелили. Догнать не успел, сбежали, падлы. Я там пол-отряда положил, но что толку?

Мужик закрывает глаза и с силой сжимает руку в кулак. Чашка лопается и опадает крупными осколками на стол. Микаэл Борисович одним жестом собирает её в воздухе, как уже делал до этого с Васиной посудиной.

— Пацан, я тебе сейчас не просто душу изливаю, — поясняет ритуалист. — Хочу, чтобы ты понял: Совет вас контролирует. Ни один маг не будет развиваться, если у него всё уже есть. Ни один. Мы ленивые существа, как ни крути. Если нас не пинать, то делать ничего не будем.