— Стой, ты безумец! Туда нельзя, они…

Последние слова я уже не слышал и мчался навстречу покалеченным остаткам своей артели. Кто-то отчаянно хромал и почти добрался до выхода, не переставая расчесывать свое тело до крови, кто-то умирал на полу прямо на моих глазах, покрытый черной движущейся массой, так и не добравшись до спасительной воды…

Я почувствовал их на себе сразу. Мелкие, размером с блоху, они прыгали отовсюду: с пола, стен, потолка, облепляя каждый участок тела, набиваясь в уши и в рот, заползая в глаза. Их укусы были достаточно чувствительными, но пока терпимыми. Мне надо продержаться хотя бы минуту.

Внутри склада все уже было покрыто ими. Мое тело было полностью покрыто насекомыми и невообразимо чесалось — хотелось разорвать на себе кожу, чтобы быстрее это прекратить. Глаза уже почти не видели, превратившись в две маленькие щелочки, над которыми уродливо нависали распухшие кровоточащие веки.

Одиннадцать, нет, двенадцать, неподвижно лежащих человек на полу. Все покрыты хаотично движущимся черным ковром и нет никакой возможности и времени узнать, кто есть кто. Ну же, Крастер, где ты?

Вижу! Один из пострадавших лежит на боку, и в его руке зажат блокнот и карандаш. Мой карандаш…

Склоняюсь над ним и очищаю руками его лицо от налипших блох. Он! Собрав последние силы, взваливаю его тело себе на плечи и иду к выходу. Иду, переступая через мертвых и полумертвых членов общины, понимая, что не имею права остановиться. Я не понимаю, жив ли он, но выяснять это некогда — сейчас ценна каждая секунда. Шаг за шагом, шаг за шагом…

Мои голени уже изъедены полностью, я чувствую копошащуюся в мышцах мелюзгу, проникающую все глубже, она никак не остановится и не насытится. Еще немного, я уже вдыхаю запах озера. Глаза почти не видят, но этот путь пройден за последние годы неоднократно, и мне не нужно зрение. Пожалуйста, Крастер, живи! Пожалуйста! Нам осталось пройти совсем немного.

Через разбухшие от укусов глаза выступают слезы и это не нравится маленьким убийцам. Они расползаются в стороны, предпочитая более сухое место. Еще пять шагов, четыре, три…

Сваливаюсь в обмелевшее озеро и пытаюсь проползти еще немногое. Сила нехотя оживает, и я, извиваясь по дну телом, пытаюсь затащить себя и крысолова глубже, чтобы подключить к лечению всех имеющихся «муравьев». Прохладная вода приносит облегчение, а потревоженные насекомые отчаянно покидают мое тело, неуклюже барахтаясь вокруг.

Концентрация.

Он плох, очень плох, но он все еще жив! Отправляю спасительную Силу в его тело, и наблюдаю, как они кусочек за кусочком, клеточка за клеточкой, восстанавливают его изъеденные ткани. Кожа Крастера постепенно приходит в норму, а я чувствую, как по моим щекам ручьями текут слезы счастья. Теперь можно полечить себя. По берегу бегает встревоженный эльмур, который, кажется, тоже нацеплял опасных блох в свою шубку, но выглядит здоровым.