А дальше было легче. Сразу за скалой располагалась первая нора, которая уходила далеко вглубь, и мы провели в ней почти полчаса, ползая по темному проходу. Она порадовала находкой новой богатой грибницы, но больше ничего примечательного внутри не нашлось. Поскольку ее местоположение находилось до начала омута, можно было считать, что день уже был проведен с пользой. Люди на том берегу замечали нас и о чем-то переговаривались, но вскоре перестали обращать внимание. Даже если людоеды прознают о нашей вылазке — камни до нас они не докинут никогда, а единственное, что им удастся сделать — перелезть на эту сторону и ждать у входа, спрятаться у них все равно не выйдет. Конечно, есть вероятность, что они пойдут следом за нами на эту сторону, но быстро перебраться через скалу у них не получится, а мы тем временем легко спрячемся в первой попавшейся норе.

Остальная часть пути до омута была усеяна маленькими норками, в которые едва бы пролезла моя нога. Совать руки внутрь и проверять что там, не стали, решив, что это рисковая затея. Мы проползли по стене вперед и уже без остановок достигли территории Хигира. Заблаговременно вскарабкались под самый свод и внимательно начали разглядывать водоем, но каких-либо подозрительных движений на глубине не увидели. Следующая пещера оказалась достаточно близко к поверхности реки, и это оказалась одна из тех нор, в которую бы Лаэль не пролез. А потому было решено отправить меня.

Полуэльф закрепил крюк в одной из дыр под сводом, а я по свободному концу веревки аккуратно спустился вниз и заполз в проход. Он был очень узким, местами мне казалось, что я не пролезу, но все-таки мне удалось добраться до конца туннеля. Я попал в небольшой грот, где смог выпрямиться в полный рост. Эйголя здесь не было, а потому пришлось соорудить простейший сколитный фонарик.

Сердце жутко колотилось в груди, но, когда зажегся свет я облегченно вздохнул. Это оказалась старая шахта, которая когда-то, судя по всему, имела второй выход. Сейчас он был завален громадными камнями, из-под которых торчали обломки каких-то старых механизмов, сделанных из бревен и металла. Дерево рассыпалось в труху от прикосновения к нему, и из него выползали какие-то маленькие личинки, похожие на короедов, а вокруг них встревожено бегали их родители — продолговатые жучки, размером с мой мизинец. Главную же ценность представляли куски развороченного ржавого металла, которые прилично весили, и большая часть их была придавлена камнями. Впрочем, я уже был уверен, что при крайней необходимости могу их отделить с помощью руны разрушения. Так что это можно считать резервным запасом. Больше тут ничего интересного не нашлось.