Лэтта наскоро начала готовить примитивный обед из нехитрых припасов, а я целиком погрузился в построение руны. Небо на западе затянули тучи, и я решил последний раз использовать Силу повелителя камня для создания рисунка, перед тем как окончательно расстанусь с ней.

— Готово, — выдохнул я спустя три часа и поднял глаза к небу, — Предлагаю переместиться прямо сейчас, кажется, ночью будет дождь. Мне нужно немного вашей крови.

Я уколол стилетом свой палец, а затем повторил это с Крастером и Лэттой.

— Заходим.

Телепортация прошла гладко и, спустя секунду, мы уже любовались ослепительным сиянием рондита. В этом гроте ничего не изменилось с тех самых пор, как мы покинули его. Кое-где валялись разные вещи, оставшихся после ухода моей артели. Интересно, как там Драфт и его люди? Наверное, они уже преодолели большую часть пути до Халифата.

— Завтра, примерно в полдень, начнется вибрация. После этого, нам нужно будет подождать восемь дней. Организм Лэтты омолодится, и мы совершим обратный обмен.

Они согласно кивнули.

На следующий день, первая фаза задуманного прошла так, как и было нами запланировано. Я отдал жене крысолова свою способность к исцелению, а взамен взял Силу гасителя. У нее был очень странный цвет. Если до сегодняшнего дня все сферы, с которыми мне приходилось сталкиваться, имели различный оттенок зелени той или иной степени насыщения, то Сила гасителя была непроницаемо черной, что заставляло задуматься о природе ее происхождения.

Закончив обмен, я заставил Лэтту как можно больше времени проводить в воде, чтобы «муравьи», подверженные воздействию местной аномалии, могли спокойно делать свою работу.

За время отсутствия своей главной способности, я вдруг почувствовал себя очень странно. Когда такой же обмен произошел с Крастером, я хоть и чувствовал себя непривычно, но вполне себе неплохо. Сейчас же мне показалось, что я как будто заболел, хотя с восьми лет ничего подобного не было. У меня слегка кружилась голова, а к исходу недели я начал тяжело дышать, и в груди появились боль и хрипы. Я не понимал, где я мог так заболеть, ведь с Крастером все отлично! Последний день до обратного обмена я уже был совсем плох, и нетерпеливо ожидал, когда начнется гудение камня.

Зато Лэтта радостно визжала, как маленькая девочка, безостановочно разглядывая себя в зеркальце и неустанно благодарила меня. Я через силу улыбался ей, чувствуя, как медленно хирею, но старался не показать вида.

Эфикс все это время молчал, так как аномалия не позволяла ему работать, а выходить на поверхность было нежелательно — нам могло не хватить энергии для телепорта обратно. Сидеть же здесь еще неделю и заряжать его, пользуясь только естественным восстановлением, совсем не входило в мои планы.