Мне никакого приказа не поступило, но я сам вызвался пойти с Неоном. Если внутри серьёзная поломка в оборудовании, то он не разберётся.

В помещении под башней было относительно чисто. Здесь явно убирали и следили за оборудованием.

— Просто отключено, — обрадовался Неон и протянул руку, чтобы нажать тумблеры.

— Стоять! — крикнул я. — Ты хочешь, чтобы те на дирижабле связались со своими помощниками? Они у них точно были.

— А зачем они сами лишили себя связи? — Брат недоверчиво покосился на ретранслятор.

— Связь вырубили незадолго до посадки, лишая конкретно нас связи, — пояснил я.

По крайней мере так мне виделась ситуация. И с командами мамы занять оборону я был согласен. Раздавшийся снаружи треск автоматов подтвердил моё предположение.

— Лежи и не высовывайся, — моментально включил братопеку, подтолкнув меня к боксу для хранения аккумуляторов.

Пока мама с кем-то «воевала», я разумно не лез ей под руку и собирал имеющуюся информацию. То, что ретранслятор не заброшенный, я и без этого понял, а тут сразу несколько подтверждений. Ещё и серийный номер вышки оказался у меня перед лицом.

— Орёл, — прочитал я надпись. — Теперь понятно, где мы находимся.

— Это такой поселок на две тысячи жителей? — припомнил Неон, оглянувшись на меня.

— Главное, что он связь с цивилизацией поддерживает.

— Очень хочется в это верить, — отозвался брат, осторожно приподнимаясь с колен. — Всё. Мамочка всех порешила.

— Снова ничего не проясним, почему это вообще произошло, — в сердцах сплюнул я.

Но на доклад к нашей командирше я поспешил. Ей нужно знать, что неподалёку проживают около двух тысяч человек, и в данной ситуации никто не гарантировал, что они полностью лояльны к Москве. В общем, не стоит включать связь.

Дело близилось к ночи, что-то выяснять или куда-то двигаться в этот день мы не успевали. Оставалось подвести итоги и принять меры безопасности.

Кажется, кроме мамы, среди пассажиров не оказалось никого из старшего поколения, заставшего войну. Группа выглядела изрядно напуганной. Все были из Москвы, так сказать, «дети цивилизации», которые уже не помнят инцидентов с применением огнестрельного оружия. Это только наша с Неоном родительница никогда не боялась потерять социальные баллы и таскала с собой автомат даже на овощебазу.

Девицы в количестве пяти штук показательно закатывали глаза, причитали, обещали пожаловаться в Центр на всё сразу, выспрашивали, нет ли среди пассажиров психолога, требовали воды и успокоительных препаратов. Мужчины из числа тех, кому мама выдала автоматы, так и стояли в охранении, а остальных родительница уже согнала собирать и обыскивать трупы. Что поделаешь, «дитя войны». Мародёрка для мамы — святое дело.