Не скажу, что это доставляло мне серьёзный дискомфорт. Чтобы вам было понятно, представьте вместо эмоций запах. Вы чувствуете аромат чего-то приятного и вдруг к нему примешивается откровенная вонь. Естественным желанием будет отойти подальше от неприятного запаха. Это как бы и напрягает, но не сильно, просто не нравится, и я давно привык к подобному разнообразию эмоций.

— Почему не выгружаете личные вещи⁈ — снова послышался визгливый возглас капризной дамочки из числа пассажиров.

Матрос тихо объяснил. Думаю, любому человеку понятна причина. Смысл туда-сюда таскать багаж? Завтра мы снова погрузимся на гондолу.

— Я не взяла с собой жидкость для линз, — продолжала настаивать дама.

Ей пообещали, что найдут багаж и выдадут. Правда, помогать переносить его никто не станет.

Женщина успокоилась, а три матроса продолжали фонить злостью. Моя сосредоточенность на эмоциях и помогла предотвратить последующие события. Мы с мамой и братом спускались во второй группе пассажиров. Я внимательно прислушивался к себе. Беспокойство буквально зашкаливало. Это было не моё волнение и не тех людей, кто спускался на землю. На последних двух секундах движения кабины с наружной стороны «дохнуло» таким, что я, не задумываясь, выкрикнул: «Лёша!»

Для мамы ключевое слово сработало спусковым крючком. Никто и не понял, отчего при раскрытии дверей едущая с ними пассажирка вдруг начала палить из пистолета. Нужно отдать должное маме, что первые два выстрела были сделаны в воздух. Она профессионально оценивала степень опасность, исключая ошибку и ранение невинных людей.

Повезло, что встречающие пусть и держали автоматы наготове, но подобного сопротивления не ждали. Из четырёх человек воспользоваться оружием успел один, двоим мама прострелила головы, а четвёртому с разбегу саданула ногой по автомату. Неон отреагировал не менее быстро, безошибочно вычислив, кто представляет потенциальную опасность.

У меня же под ногами лежала мамина сумка, из которой я спешно начал доставать оружие. Неон не глядя выхватил из рук протянутую рукоятку пистолета. У мамы и более серьёзное оружие имелось, но автоматы в тесной кабинке доставать не было смысла.

Всё заняло несколько мгновений. Пассажиры не успели никак отреагировать. Разве что дама в лиловом костюме начала заваливаться на бок. Кто-то придержал её, тут же увидел кровь, вот тогда и началась паника.

И все дружно кинулись наружу.

— Стоять, на землю! — успел выкрикнуть Неон.

— Сумку! — подскочила ко мне мама. — Для тебя команда «на землю» ничего не значит⁈

Упал и я, не вдаваясь в подробности куда и зачем.