Неон спрашивал, напарник следил за выражением лица женщины, я прислушивался к эмоциям. Ничего не разобрал в том месиве страха, паники и волнения.

— А я говорила Илье, что не нужны нам эти баллы. Столько хлопот, — возмущалась супруга куратора. — Пусть я не работаю, но мне же считают баллы за материнство, ничего не снимают. Мы ведь на хорошем счету. Правда же? — с надеждой посмотрела она на Неона.

— Куратор лично не проследил за подопечными, группа погибла. Идёт расследование, — деликатно ответил брат.

Допрос-беседа прекратился, когда малыш раскапризничался. Ему не то спать, не то кушать потребовалось. Я жестом показал, что больше ничего полезного не узнаем, и женщину проводили до рельсовика.

Вообще-то мы готовы были на вертолёте её отвезти. Нам примерно в тот район к Шишкиной лететь, но Григорьева категорично отказалась.

— Она могла и не знать ничего о делах мужа, — резюмировал Протон.

— И были ли те дела? — заметил я.

— Жека, ты же сам заявил, что куратор виновен, — удивился брат.

— Сочувствовать паранормалам мысленно не является преступлением. Если он не стрелял в ребят, то формально ему нечего предъявить. Всё зыбко и на грани ощущений.

— Нужны доказательства, — согласился Протон, запрыгивая в кресло пилота. — Пристёгивайтесь, полетели.

— Ты опять забыл поставить вчера вертолёт на зарядку, — попенял Неон напарнику, мельком глянув на дисплей.

— И где я его у дома поставлю? — начал оправдываться Протон. — У нас площадки на маленькие вертолёты рассчитаны, а не на служебные.

— Ехал бы домой на мобиле, — предложил брат. — С такой зарядкой придётся думать, куда лететь после Шишкиных. Так застрянем где-нибудь, вот стыдоба будет!

— Женьку пошлём, привезёт нам аккумулятор.

— «Привезёт аккумулятор», — механически повторил я. — А ведь знакомство Антоновых с малой группой началось с того, что Кирилл и Павел выручили их вертолёт.

— Там зима была, мороз, не наш случай, — поспешил ответить брат, закрывая двери вертолёта.

— Зима, мороз. Что они делали в Сером секторе? Искали или прятали? — задался я вопросом.

Протона и брата так поразил мой вопрос, что они передумали взлетать и с удивлением уставились на меня.

— И какие в таком случае могут быть выводы? — осторожно поинтересовался Неон.

— Убрали свидетелей — Кирилла и Павла, — предположил я. — Но это приблизительно. Не настаиваю на такой версии событий. Давайте поспешим, а то неудобно перед мамой Марсианы получится.

На самом деле я действительно спешил разобраться с вопросами к этой женщине. Об одной мысли, что придётся окунуться в её эмоции, ломило зубы.