— Я только самые лучшие проявил… — смущённо сказал Николаев. — Освещение там не очень, и снимать на белом льду приходилось. Но вышло вроде бы нормально. На показательном я не стал фотографировать — освещения вообще нет, а вспышками сказали, нельзя пользоваться.
— Спасибо тебе, Сережа, огромное, — улыбнулась Арина. — очень хорошие фотографии.
Фотографии и в самом деле получились прекрасные. Николаев фотографировать умел! Сумел поймать и романтику Малининой, и драму Соколовской и страсть Хмельницкой, особенно когда фотографировал лица. Арина даже удивилась, как с трибун можно сделать такие чёткие снимки. Пусть и чёрно белые, но позволяющие рассмотреть каждую мельчайшую деталь одежды или макияжа.
— Это вам, в подарок, — хотел отмахнуться Николаев от фотографий, когда девчонки протянули ему пачку, посмотрев её всю.
— Серёж, а куда нам они сейчас… — грустно покачала головой Арина. — Мы отсюда поедем в Югославию, и возможно, сюда больше не приедем. Пусть лежат у тебя. Летом приедешь в Екатинск и лично отдашь нам. Это ведь возможно?
Арина внимательно посмотрела на парня, ожидания ответа. Другие девчонки тоже посмотрели на него. Появилась какая-то грустинка во взглядах… Всё понимали, что призрак разлуки тихо подкрадывается к ним…
Глава 16 Первая тренировка в ЦСКА
В понедельник, 17 марта, мир проснулся другим! Началось всё с Владивостока, и постепенно докатилось до Екатинска. Газетные киоски работали с восьми часов. Когда люди шли на работу в 6–7 утра, купить свежую прессу не получалось, поэтому трудовые коллективы к 9 часам посылали гонца в киоск за свежими номерами «Советского спорта», «Знамени Свердловска» и «Екатинским рабочим». И считалось большой удачей, если удавалось их купить: тиражи местных газет были небольшими, и обычно спросом не пользовались, а сейчас их расхватывали, а «Советский спорт» завозили в Екатинск по остаточному принципу.
А сейчас ситуация была такой, что в «Советском спорте» на передовице была надпись крупными буквами «Наши идут!». И с большой фотографией Арины во всю верхнюю полосу. Однако и Соколовская с Малининой тоже не были обойдены вниманием — их фотографии, правда, в меньшем размере, в передовице тоже присутствовали. А в местной газете «Екатинском рабочем» так и вовсе все три фотографии медалисток были одного размера, чтобы не разозлить Соколовского: «Уралвагонзавод» был шефом редакции.
Фигурное катание смотрели многие, оно было популярно даже в уральской глубинке. Показательные выступления по телевизору поставили в эфир поздно вечером, в субботу, и после этого про ставших знаменитыми землячек была тишина. По городу всё воскресенье ходили будоражащие слухи и пересуды, посвящённые только этой новости. Но больше ничего узнать было невозможно. И вот с началом новой недели информационное затишье оказалось нарушено.