— Зачем?

Доминидарес усмехнулся, а я пожал плечами.

— Как зачем? Чтобы убедиться, что твой номер у меня заблокирован? Засим откланиваюсь.

Кивнув эльфу, я телепортировался в Стену, оказавшись в лобби девятнадцатого этажа. Ну да, логично. У меня пока нет доступа к двадцать третьему, где и располагается Межмировой Союз Эльфийских Княжеств.

Ещё через пару минут я вернулся на базу Комитета под Нью-Йорком.

* * *

В это же время Доминидарес Эльсвейр с недоумением смотрел на кресло, где ещё недавно сидел Довлатов.

Не осталось сомнений в том, что земляне разгадали всю комбинацию. От эмиссара-иллитида, которого втёмную использует Совет Эльфийских Княжеств, до попытки стравить Мигрирующий Флот с Комитетом Силлы.

[Но вот так нагло прийти и угрожать…]

Довлатов мог позволить себе подобное поведение только в одном случае: это решение уже одобрено Комитетом Силлы. Более того, он абсолют [7]. Совокупность личностных черт, присущих адептам этого ранга независимо от расы, предписывает не разбрасываться словами. Сильные не лгут!

[Значит, со стороны землян стоит ожидать проблем.]

Доминидарес не понимал, откуда столько решимости у Довлатова? Не может же он тайком проникнуть в Таурон и вызвать сюда Мигрирующий Флот?

[Это невозможно.]

В Тауроне аж пять ментальных резонаторов глушат все сигналы «Маяков». Аналогичные конструкции есть в каждом из эльфийских миров Союза.

Однако уверенность Довлатова в своих словах пугала. Доминик глянул на стену, где до сих пор висит треснувшее зеркало… В тот же миг сердце эльфа пропустило один удар.

Кукла Вуду куда-то подевалась. Внутри фоторамки, за осколками, кто-то написал кровью: «Ми знаемъ плавду!»

* * *

30 июля, Нью-Йорк

Михаил Довлатов

Мне снился сон, лишённый малейшего намёка на нормальность. Ни картинки, ни запахов, ни телесных ощущений. Только чей-то голос, пропитанный решимостью и силой.

—«Пока я знаю, где мой горизонт, я знаю, куда мне двигаться», – произнёс зычный мужской голос.

В ответ ему прозвучало с лёгкой хрипотцой:

—«Пока твоё время будет идти, Уния будет становиться лучшим местом».

Секундой позже я проснулся в своей квартире в Нью-Йорке. По спине бежит холодный пот. Меня трясёт… Хочется кому-нибудь прямо сейчас вломить. Пальцы до хруста смяли ни в чём не повинное одеяло.

[Сон, но не сон… Я не чувствовал влияния благословения Йог-Сотота, как было в прошлые разы.]

Голоса казались настолько реальными, будто их обладатели ещё минуту назад стояли в метре от меня.

— Опять,– я схватился за подушку и вытер ей пот со лба. — Только не снова… Мне нельзя надолго засыпать!