Мне с трудом удалось придумать, как Иван-сан вообще смог бы выживать с такой болезнью в мире зомби-апокалипсиса. Ловушки там, свой лагерь, чёрный ход.

— Тебе как воздух нужен первый уровень физической трансформы, — пояснил я парню, ошарашенному новостью о том, что я целитель. — Тут делов на полтора часа. Эфира мне хватает. Без трансформы ты на улицах города не продержишься и суток.

Выпучив глазища, Иван стал наблюдать за тем, как я восстанавливаю руку, сломанную санитарами. Затем шаг за шагом улучшаю его физическое тело. Мне нужны помощники не только в лагере, но и за его пределами. Для некоторых задач в бою может подойти только другой адепт.

Пока шло лечение, Иван-сан поведал о том, как и зачем сунулся в Трилистник.

Есть такой мир, как Шабадан — планета земного типа, дрейфующая по родной звёздной системе. У них почти не светит солнце, города находятся под землёй, а фермеры выращивают еду на гидропонных фермах. Орбита у планеты Шабадан непостоянная. Что-то там нехорошее случилось. Не имейся у них маны и астрала, местные давно бы померли.

В городах-полисах уже два века царит военная диктатура с редкой сменой власти. Большая часть местного населения живёт охотой на монстров Пустоты. Эти кракозябры время от времени появляются из межмирового пространства. Выглядит это так, будто порталы открываются прямо в небе и из них вываливаются летающие твари.

Что удивило, так это то, что Трилистник стабильно появляется в мире Шабадан раз в двенадцать местных месяцев. А не как у всех — «только в случае, когда мир стоит на грани гибели». Очевидно, что мир Ивана-сана постоянно находится на грани уничтожения и потому Трилистник оттуда практически не уходит.

Жители Шабадан за двести лет существования на грани адаптировались к ситуации. Теперь раз в год командование городов-полисов посылает молодое поколение пробовать свои силы в Трилистники. Сильные родовые дары повышают шансы на выживание всего населения. Род Ивана-Сана владеет «Чутким телом» — дар усиливает слух и осязание весьма необычным образом. Парень может слышать все звуки, находящиеся в том месте, куда он смотрит. А также через вибрации земли и астрал считывать, сколько существ там передвигается.

Ветеран [2], аэромант, двадцать лет от роду, выходец из семьи потомственных военных. Или, как сам Иван-сан себя называет, «потомственный защитник полиса Романии».

— Значит, так, — закончив лечение, поднимаю взгляд на пациента. — Сейчас спустимся на временный склад и подберём тебе экипировку. Если хочешь, можешь в одиночку поохотиться на местных зомби. Заодно навык подкачаешь. Как он там называется? Волновой удар? На дар рода с них тоже капает понемногу. Я же…