Глава 1
Бывают годы скучные — они тянутся и тянутся, без событий и происшествий, они надоедают, о них потом нечего вспомнить — сплошная рутина. А бывает иначе — события сыплются как из дырявого мешка, каждый день — эпохальные перемены. Девяносто первый был как раз из этого разряда.
Политикой я интересовался преимущественно в контексте экономики. Так, бессменный на протяжении всей перестройки глава Кабинета министров СССР, дорогой товарищ Николай Иванович Рыжков в самом начале года подал в отставку. С персональной пенсией аж в одну тысячу двести советских рублей — от души, как говорится… Впрочем, ходили темные слухи, что Николай Иванович имел отношение к деятельности некоторых кооперативов, занимавшихся делами в высшей степени серьезными — валютой, оружием и тому подобным. В частности, назывался кооператив «АНТ», скандально прославившийся на всю страну. Слухи слухами, а Николай Иванович за годы плодотворной деятельности сумел завоевать всенародную нелюбовь. Да и было за что, экономический развал набирал обороты, ошалевшее население не успевало дух перевести от коленцев, которые выкидывало родное правительство.
На место Николая Ивановича пришел новый человек — Валентин Сергеевич Павлов. Молодой и энергичный, с короткой стрижкой под ежик, чем-то похожий на западного банкира-капиталиста, как их изображали в журнале «Крокодил»… Всенародную ненависть он сумел завоевать не за годы, как предшественник, а в считанные недели…
Конечно, в финансовом секторе был бардак. Оборотные средства государственных предприятий через кооперативы, созданные на базе этих предприятий, просто выводились, обналичивались и попадали в «потребительскую» экономику. Кооператоры, получившие большие деньги из госсектора, занимались тем, чтобы эти деньги как-то пристроить — скупали все, до чего могли дотянуться, по государственной цене и для последующей перепродажи. Так, мясо из гастронома (а то и непосредственно с мясокомбината) с хорошей наценкой шло не в розничную сеть, а на рынок или в рестораны, шашлычные и чебуречные, где прибыль достигала уже сотен процентов.
Родное государство к девяносто первому году сообразило — с этим нужно чего-то делать, потому что ситуация принимает серьезный оборот. И начали делать. Было принято потрясающее по своей зашкаливающей мудрости решение — а давайте мы проведем денежную реформу, да в режиме спецоперации! Объявим, что денежной реформы ни в коем случае не будет, а на следующий день возьмем и проведем! За три дня! И пусть воротилы теневой экономики хоть вешаются! Но шила в мешке утаить не удалось…