— А есть у него эти бабки-то? — недоверчиво спросил я.

— Так в том и дело! Бабок у него этих нет и не предвидится.

— Сначала просрет оборотные фонды, потом будет наращивать долг по зарплате… — сказал я задумчиво.

— Возьмет кредит под залог акций, — подхватил Валерик. — Этот кредит тоже просрет и к началу девяносто третьего станкостроительный благополучно сдохнет.

— Еще и показывает скверный пример другим рабочим! — сказал я гневно. — Вы там смотрите… чтобы никаких стачечных комитетов. Борисыч всеми святыми заклинал — все что угодно, только не забастовки!

— Профсоюз контролирует ситуацию, — самодовольно сказал Валерик. — А кстати, забыл сказать… мне тут «комсомольцы» звонили.

Я поморщился.

— Чего хотели? Опять по поводу нефтебазы?

— Опять, — вздохнул Валерик. — Может уступим, а, Леха? Бензин — не наш профиль. Нахрен она нам, в сущности, нужна?

— Хрен им, — сказал я решительно. — Если им нужны услуги по хранению, то пусть платят. А уступать не будем, самим пригодится.

— Ну, значит перетопчутся, — согласился Валерик.

«Комсомольцами» мы называли группу молодых и очень шустрых предпринимателей, бывших комсомольских функционеров. Пользуясь связями в разных государственных структурах, они набрали кредитов, которые успешно пустили в оборот. За два года рубль обесценился примерно в двадцать раз, так что вернули государству «комсомольцы» сущие копейки. Помимо этого, им удалось урвать строительное предприятие, швейную фабрику и две городских гостиницы — все это было взято в аренду с перспективой последующего перевода в собственность. Проявляли интерес «комсомольцы» и к бензиновому бизнесу. По слухам, решался вопрос с передачей им в аренду нескольких заправок, причем на этом они явно не собирались останавливаться. Поэтому им и понадобилась нефтебаза, которую мы отхватили в аренду при содействии Сергей Ивановича Ленцова, нашего тогдашнего покровителя. За переуступку «комсомольцы» обещали неплохую компенсацию в валюте, но мы не проявляли интерес.

— И вообще, мое мнение, от этих деятелей нужно держаться подальше, — сказал я. — Помнишь Сашу Орловского?

Валерик криво усмехнулся. Сашу Орловского он помнил хорошо. Один из первых наших городских комсомольских деятелей, основатель частного банка, с которым у нас возникли довольно серьезные трения. Тогда Саша Орловский проиграл, запутавшись в отношениях с криминалом и спецслужбами, и ему пришлось покинуть город.

— Ладно, проехали, — согласился Валерик. — А что слышно о нашем заокеанском партнере?

— На связи… — ответил я.

Заокеанским партнером был, конечно же, наш старый друг и одноклассник Витя, который в прошлом году нагрянул в город сразу после августовских событий. В Штатах Витя добился некоторых успехов в биржевой торговле и спекуляции недвижимостью, а приехал на историческую родину по двум причинам. Во-первых, с предложением сотрудничества. Любого, от поставок продовольствия и ширпотреба до финансирования наших проектов. Судя по всему, в Штатах тоже были люди — настоящие «акулы», которые увидели и оценили открывающиеся на просторах бывшего СССР возможности. Вот Витю и отправили — прощупать почву. Я спросил об этом напрямую, но от ответа он уклонился. Впрочем, в такой ситуации отсутствие ответа — это тоже ответ. А во-вторых, Вите было очень интересно узнать обо мне — узнать природу внезапно возникших в далеком восемьдесят седьмом «странностей» и выяснить, как это все можно использовать на практике. Уж в чем — в чем, а в практической хватке моего приятеля я не сомневался. И Витя в свою очередь задал мне прямой вопрос, от которого я в свою очередь уклонился…