— Нужно, Давид Семенович! — сказал я сочувственно. — Ничего сделать нельзя.
— Знаете старую поговорку про жадность? — добавил Миша. — Кого она там сгубила?
— Я эту пошлую поговорку ненавижу с детства! — яростно заявил Давид Семенович. — Жадность! Где вы видели у Вайсмана жадность, когда он своими руками отдал непонятно кому лучшие объекты! Какому-то пастуху! Это черный день в моей жизни!
— Как посмотреть, Давид Семенович, — сказал я, не скрывая улыбку. — Поверьте на слово, что такое развитие событий является наилучшим для всех. За Мамедом стоят опасные люди. Кстати, Михаил, пока суд да дело, неплохо было бы предоставить охрану Давиду Семеновичу? Как вы считаете?
— Запросто, — кивнул Миша Афганец. — Выделим лучших людей!
Вайсман горестно махнул рукой.
— Зачем мне охрана, если я и так помру? У меня сто восемьдесят на двадцать! Впрочем, черт с ним, молодые люди, с этим индейцем! Пусть забирает этот подвал и хранит там свою картошку и помидоры! Пусть подавится!
— Это правильное решение, — сказал я одобрительно. — А насчет охраны подумайте, все же. Времена такие…
Давид Семенович мрачно покачал головой и медленно удалился. У ресторана его ждал «Мерседес». Что же, одной проблемой меньше…
Глава 9
Матвей поднес к носу стакан и задумчиво произнес:
— Бодяжат вискарь, что ли? Не могу понять…
— Вроде нормальный, — пожал плечами я.
Мы в казино. Первое казино в городе. Подержанные американские игровые автоматы, рулетка, покер с блэк-джеком… Крупье — молодые юноши и девушки в строгой униформе. Валютный бар. Охранники в костюмах. Публика — в основном «фирмачи» и несколько бандитов. Просаживают быстро нажитое. Много кавказцев — ребята очень азартные и горячие. Такие, как правило, проигрывают всё, с чем приходят.
Мы сидим в баре. Мирно общаемся.
— Ты меньше налегай на вискарь, — посоветовал я. — Сколько уже закатал сегодня?
— Хрен его знает, — рассеянно ответил Матвей. — Трешку, наверное. В рулетку. Не везет!
— Адреналина в жизни не хватает?
Матвей задумался, отхлебнул их стакана и, поморщившись, сказал:
— Хрен его знает, Леха…
— Ты хоть разговаривать можешь? — спросил я с легким раздражением. — Или потом все текущие вопросы обсудим?
— Обижаешь! — твердо заявил Матвей. — Да и вискарь один хрен — бодяжный. Чтобы с такого развезло, нужно пол-ящика выжрать! А я пару стаканов всего! Ты рассказывай, что нужно!
— Нужно, — сказал я. — Не мне, друзьям нашим из высоких кабинетов. Есть тип один, мутит воду в городе, народ на забастовки подбивает. Нужно, чтобы он этого не делал. Очень просят.
Матвей криво усмехнулся.