— Справишься! — уверенно сказал Серега и обратился ко мне: — А что забирает себе многоуважаемый господин вице-губернатор? Есть информация?

— Информация есть, — кивнул я. — У многоуважаемого губа не дура. Хочет фармацевтический завод и аптечную сеть. Не себе, конечно, племяннику.

— Нормально, — согласился Серега. — На хлебушек хватит.

— Теперь по поводу азеров, — сказал я, пристально глядя на Матвея. — Сильная диаспора нам в городе не нужна. Я считаю, что, получив столько коммерческой недвижимости, они существенно усилятся. Получат большие деньги, а значит — возможность влиять на процессы. Думаю, что им вполне достаточно будет овощехранилища и пары-тройки магазинов. Рынки и так под ними почти полностью. Слишком жирно получается.

— Все верно, — согласился Серега.

Миша Афганец просто молча кивнул.

— Ладно, — сказал Матвей. — Пусть так. Если еще чего-то захотят выкупить, то пусть участвуют на общих основаниях. Без нашей помощи.

— Годится, — согласился я.

— Миша, — повернулся я к Афганцу, — у тебя есть какие-нибудь вопросы?

— Нет, — ответил он. — Вопросов нет. В свою очередь я снимаю претензии на торговые точки, которые хотел выкупить с покойным Вайсманом. Не наш профиль, да и вообще…

Матвей, кажется, доволен. Серега тоже поощрительно улыбается.

— Значит, все в порядке? — задаю я вопрос. Он риторический. Порядок, конечно, весьма условный. Кажется, сейчас по-другому и быть не может.

Матвей и Серега уехали, остались мы с Мишей Афганцем.

— Миша, — спросил я, — кто все же убил Давида Семеновича? Я думаю, что ты знаешь.

— Ты слишком заморачиваешься прошлым, — философски ответил Миша. — Прошлого уже нет, Алексей. Есть настоящее, нужно двигаться дальше. Признаюсь, что сразу после того, как его грохнули, я подозревал твоего партнера. Матвея. Ну и его южных кентов, конечно.

— А потом? — спросил я с нажимом.

— А потом узнал кое-чего, — неохотно ответил Миша. — На сто процентов, сам понимаешь, сказать не могу. Могу на девяносто. Корейцы его оформили.

— Корейцы⁈ — удивился я.

— Ну да. Они же тоже претендуют на овощное хозяйство. Вайсман им был как кость в горле.

Корейская группировка действительно существовала. Корейцы занимались тем, что арендовали у колхозов землю и технику и выращивали овощи. Капуста, картошка, морковь и прочее. Звучит вполне безобидно, если бы не методы… Так, корейцы активно использовали рабскую силу — бомжей, алкоголиков и прочих маргиналов, которых находили в том числе и с помощью милиции. Корейская «овощная мафия» не была особо на слуху, поскольку на лидерство в городе не претендовала, но бизнес свой защищала любыми средствами, в том числе и крайними. Славились они своей закрытостью и сплоченностью, а еще — традиционной враждой с азербайджанской диаспорой. Многочисленные и тоже неплохо организованные азера контролировали большую часть торговли овощами и конкурентам были не рады…