— Мне кажется, он врёт, — зашептала Клёпа. — Что-то здесь не чисто.

— И что делать? Предлагаешь выбить из него показания? — спросил я.

— Можно вспороть ему пузо и погадать на внутренностях! Я знаю один хитрый ритуал… — азартно сверкая клыками, выдала кошка.

— Так это вроде свои. Ну…пока что. К тому же они Гаррету поклоняются, тоже кошко…мужик ведь! Не жалко своих? — нахмурился я.

— Своих… — Клёпа изобразила работу глубокой мысли. — Я вот всё думаю об этом Гаррете. У нас ведь не было кошко-мужиков. Мы — продукт генной инженерии. На наших заводах производили только женские кошко-гибриды, мужики с хвостами и ушами никому не нужны! — раскрыла страшную тайну Клёпа.

— Согласен, мужики с хвостами и ушами — это пидорство какое-то. Особенно если этот хвост не естественное продолжение тела, а…сторонний аксессуар, — сказал я.

— Я думаю — он сменил пол! А волоса от инъекций тестостерона наросли, — осмотревшись по сторонам, зашептала Клёпа.

— Какой ужас, выходит у него и член не настоящий⁈ — спросил я.

— Да что там член! Возможно у него и хвоста нет! — сделав огромные глаза, прошептала Клёпа.

В этот момент Вуди поднял голову от кружки и заплетающимся языком начал рассказывать историю:

— Жил у нас один такой транс по соседству. Решил операцию по смене пола сделать: ему, короче, со спины срезали лоскут кожи с волосами и сшили из него мешок продолговатый. Эдакий фаллоимитатор. Насовали внутрь толи мяса, то ли жира, я чесна гря не в курсах. Ну и короч приделали этот мешок ему промеж ног. Вот.

— Бр-р-р. На ка выпей ещё, а то кошмары ночью снится будут, — я налил из кувшина ещё одну кружку пива, разбавил её самогоном и протянул Вуди. Тот благоадарно кивнул и принялся всасывать угощение.

— А дальше, что с этим мутантом было? — заинтересовалась Клёпа.

— Дальше — хуже, — хлебнув ерша, продолжил дятел. — Хирурги что-то напортачили и вместо мочевого канала, вывели в этот «имитатор» выход прямой кишки.

— Ё-о-обаная катя! — произнесли мы в один голос с Клёпой.

Проходивший мимо нашего столика ново-коммунист подавился рвотой и спешно убежал в сортир.

— Вот, — дятел сделал несколько мощных глотков и продолжил. — Так как дырочка внизу имитатора была слишком маленькой и не подходила для удаления каловых масс — всё это начало скапливаться внутри «мешка» и гнить. Гнить, вонять и источать совершенно преотвратные миазмы. Когда он шёл по улице — тошнить начинало всех…Даже самых конченых и стрёмных бомжей…

Клёпа закрыла глаза, я разлил остатки самогона по нашим пивным кружкам. Мы чокнулись и выпили залпом.

— Кожа на этой хреновине оказалась на удивление прочной и эластичной. «Мешок» начал раздуваться и расти, пока не достиг полутора метров в диаметре. — продолжил Вуди.