В этот момент опухшие опустились на колени перед кучей дерьма и дружно поместили в нее свои руки, а затем и лица. Куча завибрировала, над ней поднялся пар, в нос ударил тошнотворный аромат.

— Опять что ли адепты церкви копрофилии? Нигде от них не скроешься! — поморщился я.

— Не, это у них ритуал плодородия, — к нам подошел патруль, состоящий из семи мужиков в блестящих черных доспехах. Как эти бедняги до сих пор не двинули коней от теплового удара — оставалось загадкой. Я принюхался: даже запаха пота не было!

— Выглядит не очень, зато из этой кучи в течении пары дней вырастает сразу несколько взрослых плодовых деревьев. Опухшие — первые поставщики фруктов в нашем городе! — сказал главный, с кокардой на шлеме, в виде белой надгрызанной со спины собаки.

— А опухоль от таких фруктов не появляется? — спросил я.

Не хотелось бы случайно подхватить заразу.

— Не, они безопасны. Опухоль только от пуха, слава пресвятой Сотоне, и появляется.

— Кстати, пройдемте в отделение, нужно проверить ваши документы, — неожиданно перешел к делу усатый начальник патруля. Дубинка в его руках угрожающе завертелась в воздухе.

— Какие документы? Мы в средневековье вообще-то, у вас скотское дерьмо метровым слоем на дорогах лежит! Вон, смотри, мужик на стену трактира мочится, в переулке какой-то бомж собаку насилует, а вы документы! Да у вас еще ни паспорта ни визы не изобрели! — резонно возразил я.

— Зато подорожные грамоты придумали! У всех иностранных граждан, въезжающих в столицу должна быть особая бумага с печатью! — подняв кривой грязный палец вверх, сказал он.

— Так мы можем на месте приобрести, — заговорщически прошептал я.

Усатый понятливо кивнул, но всё-таки продолжил настаивать на прогулке.

— Так и сделаем, но в отделение всё равно придется пройти. У меня с собой нужных бумаг нет. Заодно пробьём вас по базам педофилов, а то развелось последнее время…Куда ни плюнь — педофил! Уже и детей на улицу страшно отпускать! Ебут прямо в песочницах! Прям спасу нет! — взмахнув руками, сказал страж.

— Какие базы? Какие педофилы? ЧТО? Прям в песочницах? — удивился я, представив эту ужасную картину.

— Ну да, нам теперь приходится все детские площадки 3 раза в сутки обходить! И всё равно не помогает! А то ж бывает — если патрульные прибухнут не по уставу, то педофилы и их…того…не стесняются! — утерев скупую слезу, произнес он.

— Н-да, суровая у вас тут жизнь! А с базами-то что? — спросил я.

— Базы — это вот, он достал из-за пазухи пухлую пачку листков с портретами уголовников. — У нас все зарисованы!

А, ну да, — вспомнил я. В Мокрушино такие же бумажки были. Прогресс в Нур-Султании явно не стоит на месте! Еще чуть-чуть и задницы подтирать научатся!