Как же я раньше смог упустить данный момент? Интересно, мои родители и братья теперь также одаренные? Нужно будет по возвращении домой самым тщательным образом всех обследовать.

Под самый конец очередь дошла и до нашей с Колькой парты. Если на Жома магик лишь мельком взглянул и сверившись с журналом, констатировал:

— Николай Жомов, недооценили твой дар предыдущие члены комиссии. Смотрю на бумаге у тебя троечка, а по факту не меньше пяти баллов. Превосходный результат, молодой человек.

Мельком посмотрев на меня, господин Антонов собрался было отойти от нашей парочки. Но тут взгляд его серых абсолютно невыразительных глаз уставился на запястье моей левой руки. Неожиданно меня будто пинком под зад снесло с насиженного места одновременно будто за я зык потянули:

— Зубов Владимир, ваше превосходительство! — проорал я, словно новобранец на плацу перед строгим сержантом.

— Ай-ай-ай, — покачал головой грандмагистр, — как же непорядочно с твоей стороны, Володя, скрывать свой дар от полномочного представителя мажеского корпуса государства российского. — Произнес он это спокойным голосом, а у меня мурашки по всему телу и волосы дыбом.

Я слабо разбираюсь в современной магической иерархии и звание «грандмагистр» мне ни о чем не говорит. Но, несмотря на наличие защитного артефакта на моей руке, меня здорово проняло. Лишь теперь я осознал, что за невзрачной внешностью Антонова скрывается настоящий монстр, настолько мощный энергетический поток исходил от него в мою сторону.

Впрочем, невзирая на интенсивное ментальное давление, я все-таки нашел в себе силы, чтобы хоть как-то ему противостоять.

— Не понимаю, о чем это вы, господин грандмагистр.

На что Геннадий Васильевич задорно расхохотался, отчего давление на мое сознание резко ослабло.

— Так, Зубов Владимир… А не тот ли самый Зубов, что песенки всякие сочиняет?

— Так точно, ваша милость, — встрял директор школы, увивавшийся хвостиком за высокой столичной персоной. — Гордость нашей школы и учится примерно.

Антонов благодарно кивнул Льву Валериановичу, после чего вновь обратил все свое внимание на меня, но уже без прежней агрессивности.

— Владимир, ответь мне на один вопрос. Кто тебя надоумил поставить ментальную защиту посредством столь грубой поделки?

Поскольку давление на мой мозг спало, для меня не составило особого труда вновь прикинуться олухом царя небесного.

— Прошу прощения, ваша милость, но я совершенно не понимаю, о каких таких поделках вы говорите.

— Подними, Володя, левый рукав своего пиджака и просвети меня насчет своего браслета.