К шести вечера намеченные на день задачи были мною выполнены. Активные манипуляции тонкими материями периодически вызывали у меня волчий аппетит. Так что пришлось раза четыре останавливаться на перекусоны. Зная об этой беде, заранее запасся парой десятков банок тушенки, рыбных консервов и сгущенки, к ним доброй ковригой ржаного ноздреватого хлеба. Хомячил консервы, не разогревая, с помощью ножа прям из банки, сгущенку высасывал через дырочку, при этом урчал от удовольствия, будто стая счастливых котов. Маман подобный режим питания вряд ли бы одобрила.

Не перестаю удивляться, насколько быстро и гармонично мне удалось влиться в эту реальность, мама, папа, братья, сеструха. Как бы, само собой разумеющееся, у меня появились родные люди, коих, как оказалось, в прежней реальности мне очень и очень не хватало.

Впрочем, и прежняя моя ипостась все сильнее и сильнее отражается на моем внешнем облике. Мордой лица я теперь вылитый Илья Мурашкин с небольшой поправкой на Вовку Зубова. Волосы чуть темнее, и цвет глаз становится все более и более синим, неуклонно приближаясь к оригиналу из прежней реальности. Статями уже превзошел Мурашкина — в талии и бедрах не такой массивный, как Прохор Петрович Зубов и мои братья, но росточком и шириной плеч, пожалуй, всем им дам фору в самое ближайшее время. Иногда гляну на себя в зеркало и глазам не верю — всего лишь без полутора недель шестнадцатилетний вьюнош, а внешне меньше двадцати не дать, а то и побольше. Впрочем, особо над этим вопросом не парюсь, что дадено, всё моё, тем более, объективно красавчик, молодые девки млеют от одного лишь моего вида, да и женщины постарше томно вздыхают, косясь в мою сторону. Хоть сейчас в синематограф подавайся на роли коварных обольстителей прекрасных дам. Господи, да что ж это за ерунда в башку лезет?! Неужто первые признаки спермотоксикоза?

В караульное помещение вернулся затемно. Тихо, всё вокруг спокойно, комиссия вместе с генералом слиняла в расположение заставы. Автостоянка практически пуста, на ней лишь маячит дежурный грузовик, из которого парочка бойцов выгружает термосы с харчами, доставленными из солдатской столовой погранзаставы. Вместо лейтенанта Дробышева в комнате начкара обнаружился старший лейтенант Матвеев Геннадий Евгеньевич. Поручкались. Старлей в нескольких словах обрисовал обстановку, царившую днем на погранзаставе. Ничего интересного: допросы, опросы и прочие следственные мероприятия — все как я и предполагал. Меня покормили только что привезенным ужином. Затем, оседлав Зорьку, преспокойно отправился до дому до хаты.