Ну я и рассказал как тройка незнакомых студентов вломилась без спросу в нашу комнату и о том, как Олег Демидов в приказной форме потребовал, чтобы я пел для него и его собутыльников. Сам факт избиения наглецов осветил мельком, мол, удачно заехал по носу и с предельной осторожностью выставил зачинщика ссоры в коридор. Точно также поступил с одним из его товарищей мой друг Николай Жомов. То есть обошлись с гаденышами с предельным вежеством, то есть за грубость те отделались малой кровью, в Бобровке за менее значимые провинности наказывают куда как сильнее. И насчет оставленной в комнате гитары все объяснил.

— Так что, господин ректор, получается, мы тут и не при делах вовсе, — закончил я свой рассказ.

— Ну да, совсем не при делах, — покачал головой Блинов, — наследнику рода свернули нос на бок, его приятелю в трех местах челюсть сломали. Однако ловко ты, Зубов, с гитарой всё провернул. Ведь если бы инструмент был найден в вашей комнате… Ну ты понимаешь.

— Понимаю Ваше Высокопревосходительство, еще с малых лет умные люди разъяснили. Поэтому законы государства Российского изучал и продолжаю изучать весьма и весьма досконально.

— Интересно, кто же эти «умные люди»? — скептически хмыкнул ректор.

Ответ на этот вопрос у меня был заранее подготовлен:

— Жил у нас в Бобровке Селифан Елистратович Онищенко, годков двадцать провел на Сахалине за какую-то ерундовую провинность. Подробностей не рассказывал, но, когда бухал в компании с моим родителем, частенько повторял: «Учи законы российские, Вовка, когда-нить, да пригодится». Ну я и учил. А еще вы сами говорили на вводной лекции: «Ignorantia legis neminem excusat».

— Памятливый — это хорошо, — заулыбался мой собеседник. — Не скрою, своим поступком ты мне здорово помог, но об этом знать никому не следует. Однако, обидев Олега, ты в его лице замахнулся на честь уважаемого в нашем государстве рода. Российские законы, конечно, суровы и справедливы, вот только, к великому сожалению, их исполнение не для всех обязательно, особенно когда дело касается высших сфер власти. Я тут поинтересовался списком затребованной тобой литературы в нашей библиотеке. Молодец, ознакомился с деяниями Демидовых и вполне оценил их влияние. Позволь поинтересоваться, какие выводы ты сделал?

Ну что же, вы хочете выводов, их есть у меня:

— Друзей моих с вероятностью девяносто процентов не тронут вообще, господин ректор. На меня же непременно будет объявлена охота. Вряд ли в ближайшее время и в стенах МУМ, скорее всего, попытаются ликвидировать после окончания ВУЗа.