Вытерев с глаз слёзы и приходя в себя от удара, Дим попробовал выглянуть из-под платформы, как тут же замер. Буквально в двадцати сантиметрах от его лица, поднимая облачко песчаный пыли, появились сапоги прыгнувшего с платформы.

Дим затаил дыхание. Сердце ушло в пятки, а желудок от волнения поднялся к самому горлу.

— Мекр, куда собрался? — откуда-то с платформы зазвучал густой властный голос.

— Лари Паша, мне нужно…

— Мне всё равно что тебе нужно, Мекр. Вернись к распределителю и…

— Но мне правда нужно, — раболепно залепетал тот, кого некий Лари Паша назвал Мекром.

— О, Всеотец, мне уже жаль тех драхм, которые я заплатил за тебя. Если тебе так нужно, то ссы в штаны!!! А когда всё закончится, напомни мне наградить тебя десятью плетьми.

— Ублюдок… — на вполне понятном русском произнес раб, а затем на турецком добавил. — Да, господин, — и, опершись на трак, вновь полез на платформу.

Вот значит как, значит, среди рабов есть и выходцы из Конфедерации!? Скорее всего из Киева, ведь этот слабый никем не признанный доминион едва ли не каждый год подвергался набегам. Пока Дим не знал, как использовать эту информацию, но стоило запомнить этот момент.

Эта эмоциональная встряска на секунду выбила Дима из колеи, но ему пришлось взять волю в кулак. Какое время перезарядки у этой платформы? Минута? Две? Пять? У Дима не было ответа на этот вопрос и как бы пафосно это не звучало, на счету была каждая секунда.

Дим перевернулся на спину изучая каждый узел, каждый агрегат и провод. Это ведь прототип, у него обязательно должны быть уязвимости и парень искал то, что сможет вывести платформу из строя.

И, наконец, его поиски были вознаграждены. В самом конце платформы, прямо над местами посадки операторов за стальной обрешеткой, Дим увидел искомое. Металлические прутья скрывали залитые в изолирующий лак

механические драйвера смены полярности электромагнитных катушек. Дешево, сердито, надежно.

Судорожно зашарив по карманам, Дим искал что-то, чем можно расковырять изолирующий лак, чтобы добраться до концевиков драйвера переключения полярности. И первым под руку попался трофейный нож, но Легат отложил его в сторону. Слишком большое, громоздкое орудие и слишком твёрдая смола. Процесс механического ковыряния может занять не одну и даже не десять минут, не говоря уже про то, что если тесак соскочит со смолы, то ударит по стальным прутьям, звук сидящие на платформе точно услышат.

Мультитул? Нет. Когда нужно будет повернуть концевики он будет незаменим, но до этих восьмигранных штырей меняющих полярность катушек нужно еще добраться.