Кир поднялся, вновь осмотрелся и направился к ангару, в котором скрылся старший.

Уже начало темнеть, и заметить Кира, даже если бы кто-то глядел в эту сторону, было бы затруднительно, так что он преспокойно прошмыгнул через открытое пространство, подбежал к стене ангара, и уже оттуда направился ко входу.

На входе стоял и курил Хаджи. Кир ускорился, и когда тот услышал чьи-то шаги, или просто почуяв неладное, обернулся, было поздно.

Кир с размаха ударил рукой, метя в горло. Не пришлось даже пользоваться встроенными лезвиями. Он недооценил свои силы — удар оказался настолько сильным, что буквально сломал бедолаге шею. Он мгновенно кулем упал на землю и затих, не подавая признаков жизни.

Что ж, проблемой меньше.

Взявшись за ручку и осторожно отворив дверь, Кир заглянул внутрь.

Чисто. Длинный коридор, никого нет, и свет горит только в самом конце, из комнаты справа. Похоже, там все Хаджи и находятся.

Кир направился туда.

На полу лежал всякий хлам — битое стекло, мелкая каменная крошка, какие-то металлические обломки и вообще хрен пойми что.

Киру пришлось снизить скорость, внимательно глядеть, куда наступает, чтобы не создать шум, не привлечь к себе внимание.

Он почти добрался до комнатушки, из которой лился свет и доносились голоса.

— Я тыбэ еще раз повторяю, — судя по всему, говорил старший — Кир узнал его голос, — ми все равно рано или поздно все узнаем. Ты нам все расскжэшь. Вопрос только в том, как много нам понадобытся врэмэни, и насколько болно тыбэ будэт…

— Пошел ты!

О! А это Вобан! Уж его голос, пусть и странно хрипящий, Кир опознал легко.

Что ж, раз он нашел своих друзей, ну, как минимум одного, нужно действовать.

Кир сделал рывок и оказался в проеме двери.

Как и ожидалось, комнатушка была не особенно большой, но все же Кира и Хаджи, которых тут было трое, разделяло не меньше пяти метров.

Они уже услышали его и повернулись. На лицах пока удивление и недоумение, но это ненадолго. Сейчас они допрут, что он не «свой», и полезут за пушками.

Давать им такой возможности Кир не собирался.

Он вскинул револьвер, нацелил его в грудь Хаджи, который стоял возле окованного, сидящего на стуле Вобана, и потянул спуск.

Грохнуло так, что уши заложило. Словно бы и не из револьвера выстрелили, а из какой-то мортиры.

Хаджи получил пулю не в грудь, а в плечо, его буквально развернуло на 180 градусов и швырнуло на пол.

Кир поморщился — пушка мало того что кривая, так еще и косая! Он тут же перевел прицел на «старшего», который потянулся к кобуре под курткой.

Бах!

Правая ляжка «старшего» «взорвалась» кровью, ошметками мяса и кожи. Чудо, что ногу ему не оторвало вообще.