«Ага, — сообразил Егор. — Этот бог мало того, что хитрец тот еще, так он лексикон на игроках пополняет, на ходу словечки срезает! „Айда“ — это ж только что Крам брякнул…»
Но вслух сказал решительно:
— Нет. До этих твоих Мшистых холмов пилить и пилить, ничего конкретного в награду ты не предлагаешь. Так что придется тебе подождать.
— Сколько? — спросил Торфу.
— Пока мы не достигнем элементиевого рудника, к которому собираемся. А теперь слушай внимательно: ты меня больше не раздражаешь, а наоборот, помогаешь, понял?
— Не, погодь, ловкач, — скрипнул геймпад в его руках. — Ты что, плохо поручение мое божественное усвоил? Вам ведь сначала сердце мое из Мертвого замка добыть надобно! У вас не так много времени!
— Чего? Какого еще времени?
Егор поспешно полез в свой игровой дневник, отыскал квест… Вот черт, да что за дела! Как в тот раз, с капитаном торговой джонки чжантийцем Хосой, когда уже после принятия квеста включился счетчик.
Задание Торфу после принятия обновилось, добавились новые условия:
Внимание! Задание «Свободу Торфу!» ограничено по времени.
Если вы не успеете доставить божественную сущность в указанное место, задание будет считаться проваленным. Это повлечет за собой развоплощение Торфу, которое негативно скажется на состоянии предмета, в котором заключена сущность древнего бога болот.
Осталось времени:40 дней.
— Э, ребята… — осторожно начал он.
— Что? Говори! — насторожилась Мико, мгновенно почувствовавшая подвох. — Что-то не так с божественным квестом?
— Все так! — бодро вставил Торфу.
— Короче, квест на время, — пояснил Егор. — В нем появился таймер, который показывает, что у нас всего сорок дней. И если не успеть, то кирке моей кирдык.
— В смысле? — не поняла Мико.
Егор зачитал им дополнение к квесту, и тогда Хас поинтересовался:
— А что значит «негативно скажется на состоянии»? Что за канцелярит? Конкретно не написано? Прочность упадет, бонусы порежет? Что именно произойдет с киркой?
— Что-что, академик… сломается кайло Хозяйки Медной горы! — рявкнул Торфу, прежде чем Егор успел открыть рот. — Не выдержит выплеснувшегося от моего развоплощения потока энергии. Исход неприятный, но заботить вас должен меньше, чем развоплощение моей божественной сущности!
— Что-то негодное, неприятное! Ну ты и гад, Торфу! — выругался Егор и выдал сквозь зубы: — Нехороший, подлый человек!
Первое ругательство было созвучно с северным пушным зверьком, второе было вполне уместным — «скотина». Однако в наушниках с активным шумоподавлением Егор слышал другое. Еще более яркие эпитеты посыпались от Мико с Хасом — подстава Торфу ломала все их планы.