— Я так и думал. Я всегда знал, что он извращенец. Гляди, как он обнимается с этим собакеном, как с лучшей подружкой.

— Да ладно, он у нас не такой, хотя… по пьяни, чего только не бывает. Давай-ка, все-таки его из лужи вытащим, а то захлебнётся, а мне перерождаться совсем неохота.

— Нос ему из воды вытащи и харэ, ещё руки свои об него пачкать, слишком много чести.

Потом и эти голоса пропали, и я провалился в кротовью нору, с пугающей регулярностью колотясь головой о неровные стены…

— По-мо-гите! Спа-си-те! СО-О-О-ОС!

Да что ж это такое? Дежавю? А, нет, это опять Пофиг вопит, и откуда у него столько сил? Точно, он же вчера не пил, мелкий засранец.

— Олдрига зови, — подсказал я, — вчера ты его на крыше в какой-то луже оставил, или это он сам там лужу напрудил? Что-то не помню.

Наконец-то с крыши выглянула взлохмаченная голова Олдрига.

— Здорово, а вы там чего делаете?

— Я бы тебе с удовольствием ответил, да только у меня, до шестнадцати лет, фильтр на мат установлен, а без него, я боюсь, объясниться не получится.

— Ладно, все понял, так тебя куда? Вниз спустить или наверх поднять?

Со стороны Пофига послышался хруст сжимаемых кулаков. Голова Олдрига пропала из поля зрения и Пофиг начал подниматься.

Через пять минут ко мне прилетел страховочный пояс и я, облачившись в него, начал возноситься к небу. Второй варг, видимо отсыпающийся после вчерашних безобразий, заметил меня когда я был уже в полутора метрах от земли. Моментально вскочив на лапы, он бросился ко мне, видимо мстить за напарника. Мне же было так плохо, что если бы я был уверен в том, что смерть снимет с меня жесточайшее похмелье, я бы сам бросился к нему в объятья. Варг взвился в воздух, и его челюсти с шумом щёлкнули в пяти сантиметрах от моих ягодиц.

— Ну, что ж, не сегодня, — философски заметил я, — может в другой раз повезёт.

Когда я перевалился через крышу, сил у нас осталось только на то, чтобы дышать. Да и то не очень сильно, чтобы голова не отвалилась.

— А это кто там? Неужели Добрыня? Получается, варг его вчера не добил. Что ж это, он так и уснул верх ногами? Вот нифуя ж себе мы вчера наклюкались. А где остальные? Майора, точно помню, вчера уложили…

— Они с Каляном в комнате перерождения, в обнимку спят. Холодно, наверное, им на полу… — Тихонько подойдя к нам, произнесла Альдия. — Я их будить не стала, уж больно сладко спят. А это вам, — Альдия поставила перед нами по стопочке коньяка и по большой кружке обжигающего куриного бульона. — МарьИвановна передала, по её фирменному рецепту.

От вида коньяка меня начало откровенно подташнивать, но надо значит надо. Вытерев, выступивший после приёма лекарства пот, я облегчённо вздохнул. Да за такое лекарство МарьИвановне в реальном мире не то что десять тысяч, а десятки миллионов должны были бы дать. Как попадём в город, надо будет с этими алхимиками поторговаться, что-то они истинную цену этого божественного эликсира зажимают.