Уф, умел бы потеть, точно бы был весь сырой, где тут у нас что? Ага, вот он. Ухватившись кончиком клешни за нужное углубление, и тихонько нажал. Раздался хруст, и в углублении появилась дырка, ни фига себе я его прокомпостировал, а я ещё вчера удивлялся, как они умудрились пятнадцатисантиметровые бруски ими перекусить.

— Пахан, это ты что ли?

— А ты что, мою инфу не видишь что ли? — Я постучал клешней себе по голове. — В книге сказано, что союзники мою инфу неизменённой видеть будут.

— Слушай, не говори ничего, меня от твоего скрипа передёргивает всего, как будто гвоздём по стеклу елозишь.

Ладно, я приглашающе махнул клешней, можно и помолчать, если только ты тупить перестанешь.

С помощью Пофига мы управились за три минуты, это не клешни, а просто гидравлические прессы какие-то.

Оставшиеся до развоплощения пару минут, я решил просто побегать по крыше, тестируя временное тело.

— Это что за хрень⁈ — Выползшие на свет божий, все ещё мокрые от неожиданного пробуждения, Калян и Майор стояли в дверях.

— Это Пахан, теперь он жук, — уведомил их Пофиг.

Майор сел на пол там, где и стоял, Калян остался стоять, схватившись за распухшую голову.

Ага, так вы ещё не похмелились? Ну, ну.

— Пахан, ты только не волнуйся, мы что-нибудь придумаем, мы спасём тебя! Господи, да как же это у нас получилось. Ни хрена из вчерашнего не помню.

Ах, так да? Я тут значит, на варге с крыши улетел, а они даже вчерашнего вечера не помнят, ну ладно, держитесь.

— Корабли лавировали, лавировали, да не вылавировали,

Вот какое лавированное лавирование отлавировалось,

Что даже лавировщики залавировались и отлавировались,

Потому что сие лавирование все силы из них отлавировало.

Калян рухнул на колени, а Майор видимо просто отрубился от моего нежного голоса, даже Пофиг задёргался, как будто схватился за оголённый провод.

— Вот так, сукины дети, я вас отучу коктейли Молотова жрать.

Мир подёрнулся рябью, и я вернулся в своё тело. Уф, от сердца отлегло, не хватало ещё, какого-нибудь глюка, оставившего меня в теле этого жуко-краба.

— Майор! Калян! — как можно громче проорал я, — а вот и вы! Я вижу, вы пришли засвидетельствовать своё поражение в споре, и уверить меня в том, что весь ваш вчерашний заработок теперь мой (Надеюсь, после вчерашнего, у них полная амнезия, и они не вспомнят, что никакого спора не было).

— Господи, что же ты так орёшь-то.

— Мне конечно приятно, но Господом меня звать ещё рановато. Хотя после вчерашнего убийства варга, я близок к этому, как никогда.

Я накинул на плечи тяжеленную шкуру и покрутился в разные стороны.