— Вы отдадите его мне? — решив прояснить последний момент, спросил я.

— Думаете, после того, что я прошел ради…

— Ты откусил больше, чем можешь проглотить, Вольд, — отбросив манеры, заявил я. — Ликаны ни при каких обстоятельствах не дадут тебе надежной защиты. Другое дело дьяволы: нас уже пытались прижать и ваши лорды, и беры, и наги. Однако я всех заставил заплатить за наглость собственными жизнями. Так что мой ответ таков, лорд Вольд: бухта дьявола станет вам доступна только в обмен на артефакт Вождя. А за пользование моей территорией вы и ваши корабли станут платить мне фиксированную сумму. Скажем, золотую монету с корабля. Это цена в сутки, разумеется.

— Это бессмысленный разговор! — хлопнув ладонью по столу, заявил он, гневно раздувая ноздри и подвывая. — Если я отдам вам артефакт, мне не будет нужды прятаться…

— Уверены? — хмыкнул я. — А то ведь мало ли кому станет интересно, за какие такие заслуги в ваш карман падает некое количество имперского золота. Честно признаться, я вот чем больше об этом думаю, тем больше мне и самому интересно…

Нужно отдать ему должное, Вольд лишь хмыкнул в ответ на мои слова. Понятно, он всегда может сказать, что взял деньги в бою… Но не такие же суммы! У меня, разумеется, нет прямых доказательств, но косвенные…

— Для того, кто только что появился в наших лесах, вы слишком много знаете, — заметил пират, но по виду не похоже, будто он на самом деле расстроен.

Я лишь пожал плечами в ответ. Действительно, не рассказывать же ему, что с сегодняшней ночи его первый помощник фактически работает на меня. Всего и делов, что приставить нужную женщину, а потом, когда дорогой постоялец уснет, заглянуть в гости и очаровать расслабившегося ликана. Стереть воспоминания о неожиданном пробуждении и доверительной беседе после этого легче легкого.

Лоточница — та самая, с которой и началось народное восстание в Каморе, с радостью согласилась приютить щедрого моряка на одну ночь. Тем более что дьявол, присланный по приказу Азиль, тоже не отличался скупостью. Так что Арима за несколько часов из едва сводящей концы с концами ликанки превратилась в состоятельную и завидную невесту.

— Чувствую себя крысой, зажатой в углу, — оскалился Вольд. — Но отчаянье обреченного может быть опаснее, чем кажется на первый взгляд.

Спокойно сложив руки на столе, я медленно сжал кулаки, внимательно разглядывая красную кожу на костяшках.

— Наверняка вы, лорд Вольд, знали, насколько рискованно садиться играть за стол с дьяволом, — медленно проговорил я. — Так чего теперь удивляться, что ваша душа в его когтях? Я дам вам сутки на размышления. Если ответ мне не понравится, боюсь, крыса не найдет того угла, где могла бы зажаться.