Так и ехали мы еще минут двадцать, пока не остановились напротив двухэтажного дома. Даже не дома, а особняка. Со своим земельным участком, правда весьма загаженным и неухоженным.

— Выходи,- наконец подал голос мой сокаретник.

— Ну ладно, давай, пока, — сказал я, открывая дверь и выходя из кареты.

«Еще встретимся, урод,- подумал секретарь, глядя на того, кто так его подставил в глазах судьи,-Ничего, вот шумиха вокруг тебя поутихнет, я скажу малоуважаемым людей посетить тебя и напомнить, что ты грязь под ногами и должен знать свое место».

Я вышел из кибитки, подошел ко входу на территорию моего особняка. Мда уж. Душераздирающее зрелище. Одна створка ворот валялась на земле, калитки не было вообще. Прошел внутрь, подошел ко входу. Никакой охраны, ничего. Постучался. Тишина. Пнул ногой. Снова тихо. Да че за херня. Клановый дом это или что. Или я неправильно понимаю определение слова «Клан»?

Дернул ручку на себя. Дверь открылась. Ну привет, дом, милый дом. Прошел в коридор. Из-за дверь одной из комнат раздавались голоса. Сейчас посмотрим, кто там такой хороший. Открыл дверь в комнату. Грязь, всюду грязь. Стол, несколько стульев. Два тела сидят на стульях и весело проводят время, нажираясь чем-то алкогольным, судя по висевшему в воздухе аромату. Да что такое. Совсем берега попутали? Зашел внутрь, подошел к синякам.

— О, вернулся, Дарек. А мы думали тебя на рудники сослали уже. Решали, кого назначать главным, когда ты сдохнешь. А че ты такой красивый весь, будто в чане с кровью искупался?

Я не понял, это что за бессмертное тело? Конечно понимаю, он по возрасту старше меня, хоть и ненамного, лет на пять максимум, но, видимо, тут ни капли уважения нет в принципе. Ну что ж. Будем воспитывать. Я подошел ближе, схватил сидевшего мужика за затылок и впечатал мордой в грязный стол. Хлынула кровь. Перелом, наверно. Похрену. Умнее будет.

— Ты чего творишь?- вскрикнул второй, менее бухой мужик, но более старший по возрасту, вскакивая со стула, но все еще опираясь на стол. А нехрен так пить. Это он зря. Я схватил кухонный нож, лежащий тут же на столе. И вонзил тому в руку, пригвоздив к столу. Раздался вопль.

— Молчать, тварь, иначе кончу прямо здесь!- заорал, вплотную приблизив свой лицо к его. Тот сразу же заткнулся, лишь продолжал поскуливать.

— Так, быстро, сказали кто такие и какого хрена тут делаете.

— Да ты чего, Дарек, это же мы, родичи твои. Франк я, брат твой двоюродный. А это Багред, дядька твой, мой отец- прогундосил тот, которого припечатал в стол.

— Да нихрена я не помню ни вас, ни вообще ничего. Мне в «Грязном борове» башню отбили наглухо. Сначала отвезли в тюрягу, потом привезли сюда. Дали бумагу почитать, где написано, что я глава Мрачных и все. Я зашел и охренел. Почему так грязно? Где весь клан? Вы еще тут какого-то хрена бухаете. Вообще нюх потеряли? Млять, хватит скулить,- последнее я сказал проткнутому дяде. Вынул из руки нож, кинул на стол (нож, а не дядю). Пододвинул стул поближе и сел сверху.