— Думаю, да, так что можешь за них не волноваться, — сказал я без полной уверенности, так как ощущал лёгкое головокружение и тошноту. Яд, видимо, и впрямь силён, раз смог воздействовать даже на частицы моей души.
— Я боюсь, что даже если бы яд не убил Айселию, то мог бы надолго её свалить, а с двумя богинями я не справлюсь. Если же я вознесу молитву Ауркиории, то она придёт в ярость от вида своих дочерей, которые находятся в столь плачевном состоянии, после чего оторвёт голову Аурунии и уничтожит империю, — Ульвина беспомощно опустилась в кресло, затем хотела выпить вина, но резко передумала, так и не коснувшись другой бутыли. Святая дева-некромант явно нервничала из-за этой весьма непростой ситуации. Мне нужно побыстрее пройти эти тренировки, чтобы поговорить с Аурунией. Кстати, было ещё одно дело, с которым я так и не разобрался.
«Акадия, — мысленно позвал я девушку, как только достал посох из инвентаря. — Акадия!»
«И что ты так орешь? — спросила она, будто так и не проснулась. — У меня всё…хорошо… я по-прежнему тебя люблю и всего бы расцеловала, если бы было чем».
Ясно, она так и не смогла оправиться от божественной силы Люфирии. Возможно, удастся кое-что предпринять.
— Девчонки, побудьте здесь, — обратился я к остальным, после чего посмотрел на святую деву-некроманта. — Ульвина, проведи меня к покоям Айселии, а то я всё никак не привыкну к замку.
— Идём.
* * *
Айселия
— Дочь вновь попыталась меня отравить, и в этот раз её мог бы ждать успех, если бы не помощь Алексея и его хранительниц, — рассказала я Люфирии, которая всё также мирно спала на моей кровати.
Сейчас строптивая и непоседливая сестрёнка казалась мне беспомощной, поэтому хотелось ей хоть как-то помочь, однако я и так сделала всё необходимое, оттого осталось только подождать какое-то время. Вот только ждать мне совсем не хотелось.
Я приложила ладонь к глазам, чтобы немного успокоиться, но получалось плохо. Последнее время со мной происходит что-то не то. Я слишком много нервничаю и не могу при этом понять причины своего беспокойства. Впрочем, в голову приходят лишь какие-то ужасы.
Пока я лежала рядом с сестрой, уже несколько раз подумала, что Алексей готовится убить Аурунию, а я ему в этом помогаю. От подобных мыслей сердце сжималось, словно предчувствовало что-то плохое. Что мне делать, если всё так и будет? Алексей ведь помог Киоре найти свою настоящую семью, и если я в порыве гнева убью его, то как мне продолжить жить после потери дочери и матери, которая не простит мне этого?
— Госпожа, — услышала я голос Ульвины и стук в дверь. — Можем ли мы войти?