— Марина, ты жива, какое счастье, — выдавил он из себя.

Брезгливо скривившись, Марина отвернулась, кусая губы.

Скорая приехала на удивление очень быстро. Вошёл высокий мужчина средних лет и немолодая грузная женщина в белых халатах, двое санитаров с носилками. Не с такими, как я привык видеть — на колёсиках, складные, а обычные носилки с ручками и проложенным между металлическими балками тканевым ложем. Один из санитаров поставил кресло, куда присела немолодая женщина, наложила манжету на плечо Марины, начала накачивать грушу, внимательно наблюдая за стрелкой манометра. Потом что-то сказала врачу, тот кивнул, задал Марине несколько вопросов. Она явно не хотела уезжать, отказывалась, но отец мягко, но требовательно заставил её лечь на носилки. Девушку закрыли пледом, укутали и подняли.

— Я поеду с Мариной, — выскочил рядом Игорь.

Я бросил машинально взгляд на Мельникова, и тот, видно, понял мой страх, поэтому не строго, но чётко проронил:

— Нет, Игорь, останься. Марину доставят в больницу. Там хорошие врачи. Нет смысла ее сопровождать.

Игорь скривился, глаза сузились, поводил челюстью, но не стал перечить тестю.

Через минут десять, как уехала скорая, наконец, в зал прошёл Сибирцев. Илья Петрович вышел из-за стола, чуть присел на край.

— Товарищ генерал, — чётко отрапортовал майор. — Ваше приказание выполнено. Объект найден, место обследовано.

— Благодарю за службу, — тихо ответил Илья Петрович, потряс руку майору, обнял его, похлопал по спине.

— Особо хочу отметить, — продолжил Сибирцев. — Олега Туманова, он нашёл место, где похитители прятали Марину.

— Я не сомневался в нем, — улыбнулся генерал. — Хорошо, Роман Анатольевич, отдыхайте. Вам сейчас принесут ужин, или уже завтрак? — бросил взгляд на большой циферблат на руке.

Вместе с братом, Илья Петрович ушёл, а Сибирцев снял портупею, шинель, кинул на кресло и уселся за стол. Минуты через две появилась официантка в голубом сарафане с большим подносом, расставила блюда с мясом, салатники, кофейник, трёхуровневую вазу с пирожными, конфетами. Белый фарфоровый кофейник, заварной чайник.

— Присоединяйся, — поманил меня майор.

— Я наелся до отвала, есть не хочу вообще. Спать тянет.

— Ну, кофе тогда выпей, — он поднял тяжёлый фарфоровый кофейник, налил себе черной густой жидкости в маленькую чашечку.— Я так жрать хочу, с утра не ел, слона бы съел сейчас. И ещё двое суток не спал. Держусь только на честном матерном слове.

Я присел сбоку стола, взял с подноса чистую чашку, налил себе кофе, и начал пить маленькими глотками.

— А что так? Ловишь кого? Не поделишься? Тайна следствия?