— Отличная новость, — обрадовался я. — Пойду скажу Евгении Георгиевне, пока не ушла.

Я вернулся в лабораторию и увидел, что Женя пока никуда и не собиралась уходить. Она собирала на столе новую конструкцию для производства эликсира. Эта чувствительно отличалась от предыдущих своей сложностью.

— Я думал, что ты уже домой убежала, — начал я, оставив протазан у входа и подходя поближе. — А ты тут собралась варить эликсир вечной молодости, что ли?

— Эликсир магической силы, — поправила она меня, довольно улыбаясь. Девушке, в целом, потребовалось не так много времени, чтобы привыкнуть к местным шуткам, как, собственно, и мне. Другой вопрос: как долго мы от этого будем потом избавляться. — Только сейчас я его сделать не смогу, будем ждать тот самый кустик.

— Тебе чем-то помочь? — предложил я, осторожно снимая рюкзак, чтобы ничего не задеть.

— Уже заканчиваю, — сказала девушка, покачав головой. — Просто хотела, чтобы нас это с утра не задерживало, а то придут вентиляцию делать.

— Так ты уже в курсе? — удивился я. — А я как раз шёл тебя предупредить.

— Да, в курсе, — улыбнулась Женя. — Завтра мы будем открывать окна в последний раз. По крайней мере, я очень на это надеюсь. А то это совсем не дело…

Рабочий день закончился хорошими новостями и нетерпеливым ожиданием завтрашнего утра. Я очень надеюсь, что Костя не ошибся и на самом деле принесёт завтра Семицвет Полулистный. Вполне возможно, что восстанавливающий эликсир мне пригодится во время второй экспедиции в Аномалию в зону антимагии, как её успели окрестить учёные.

А ещё мне не терпелось снова увидеть сферу в животе Матвея. Было бы неплохо как-то проверить его дар, и у меня созрел план. Но так как при испытании есть риск травмы, то сначала поговорю с приятелем.

Стоило открыть дверь квартиры, как в нос ударил запах жареного мяса и картошки. На кухне шкворчала сковорода, шумела вода, слышался топот и невнятное бурчание Матвея. Мне стало настолько интересно, что он там делает, что я спешно разулся и прямиком направился на кухню.

Матвей крутился, как белка в колесе, пытаясь одновременно следить за мясом, переворачивать картошку и мыть овощи в раковине. По пути он что-то приговаривал невнятное, я так и не разобрал. Ну кроме некоторых слов, которые можно понять всегда.

— Ты чего это такой возбуждённый? — спросил я, наблюдая за суетой.

— Ой! — вскрикнул Матвей, дёрнув от неожиданности деревянной лопаткой, и несколько кусочков картошки, описав, подобно баллистическим ракетам, широкую дугу, приземлились на стол. Правда, мимо тарелки. — А я и не слышал, как ты вошёл! Мог бы сегодня и опоздать немного, я не успеваю.