— Не горюй, малец, — улыбнувшись, сказал Анатолий Фёдорович, похлопав его по плечу. — Потренируешься и увидишь. Главное, что твоя мечта начинает сбываться, а остальное — мелочи. Ну а то, что поздно дар открыл — не беда. Главное, чтобы практики хватало, а уж у нас ее предостаточно.

— Спасибо вам! — воскликнул вдруг парень, подрываясь с кровати. — Спасибо большое!

Он попытался поцеловать руку Герасимова, но тот её резко отдёрнул.

— Фу-фу! — прикрикнул он на мальчишку. — Ты чего это удумал? Я тебе не императрица Екатерина вторая! Больше никогда так не делай, а то я и по мордасам съездить могу!

На резкие высказывания парень не обратил особого внимания, продолжая светиться от счастья, но попытки поцеловать руку больше не предпринимал. Просто сидел на кровати, смотрел на нас и светился.

— Давай так договоримся, — сказал Герасимов, когда парень успокоился. — Поработаешь пока в должности санитара приёмного отделения, но на самом деле будешь помощником медсестры. Я тебе книжек умных дам, будешь постигать азы. А потом посмотрим, куда тебя пристроить, да и в штат ввести надо — не бесплатно же ты работать будешь, в конце концов! Но, чтобы в должности целителя работать, заслужить сначала надо, пока не пройдет испытательный срок и никак иначе, — строго добавил он под конец.

Костя не стал ничего говорить, а просто кивал в ответ на каждое предложение Герасимова и радовался при этом так, словно с каждым словом шефа сбывалась его очередная мечта.

— Иди пока домой, отдыхай, приходи в себя, — сказал Анатолий Фёдорович, вставая с кровати. — По пути зайди в библиотеку, возьми книгу по базовой медитации и по анатомии человека, а завтра сюда к восьми, как штык, понял?

— Понял, господин целитель! — воскликнул парень, но, увидев, как Герасимов нахмурился, тут же исправился: — Ну… в смысле Анатолий Фёдорович!

— То-то же, — улыбнулся шеф. — Ну всё, чеши, пока.

— До свидания! — выпалил парень и выбежал из палаты.

— А ты оказался прав, Ваня, — улыбнулся мне Герасимов. — Надеюсь, что и я не пожалею. А теперь пошли завтракать, а то там каша стынет.

После ставшего привычным простого больничного завтрака, мы с Евгенией отправились в лабораторию. Теперь девушка всё чаще столовалась в коллективе, а не употребляла потихоньку в лаборатории содержимое крохотного контейнера. Я вызвался ей помочь в производстве эликсиров, а заодно попробовать решить пару наболевших вопросов.

— У меня к тебе есть интересное предложение, — сказал я, пока мы собирали первую композицию из стеклянных трубок и реторт.

— Заинтриговал, — произнесла девушка, соединяя сложную конструкцию воедино.