— Господи, дай мне сил, — пробормотал себе под нос Матвей. — И удержи от искушения предумышленного смертоубийства в состоянии аффекта. Меня же точно оправдают, гарантированно.

Я приложил все усилия, чтобы не заржать в голос, а Стас закашлялся, как злостный курильщик по утрам. Чувствую, будет нескучно. Шоу начинается, занимайте места, согласно купленным билетам.

Вот Стас пока не до конца понимал, что именно тут происходит, но тоже не лез вперед и просто следил за ситуацией.

— Иди дальше прямо, справа стоит диван, поставь чемодан рядом с ним и иди на кухню, — с усилием выдавил из себя Матвей, стараясь говорить спокойно, но на самом деле речь его сейчас больше напоминала скрежет огромных каменных жерновов.

Арсений почувствовал, что что-то не так и надо слушать, что ему говорят, поэтому достаточно шустро оттащил чемодан по указанным координатам и проследовал на кухню, в центре которой встал, как вкопанный, ожидая дальнейших указаний.

Я сначала хотел пойти в свою комнату и хоть немного полежать, но передумал, впереди всё самое интересное.

Матвей отнёс мясо Лешего и остальное в том же духе в ванную, чтобы разобраться с этим позже, да и не было у нас более подходящего места для предварительной сортировки, потом прошёл на кухню. Мы со Стасом следовали за приятелем по пятам. Арсений так и стоял посреди кухни, прикинувшись ёлочкой в очках и с круглыми глазами.

— Иди сюда, — сказал Матвей и подошёл к раковине, высыпая туда картошку. — Сначала её надо помыть, потом будем чистить, понял?

Сеня посмотрел в раковину с таким видом, словно там была не картошка, а кладка яиц археоптерикса. Хлопок тяжёлой ладони Матвея по лопатке пробудил в парне, застывшем, словно терракотовое изваяние, двигательную активность. Он включил воду и, действительно, начал мыть картошку. Если условно принять выражение его лица за индикатор сложности поставленной задачи, то сейчас стрелка приблизилась к ограничителю шкалы.

Матвей тяжело вздохнул и пошёл к холодильнику, достал оттуда кастрюлю со вчерашним борщом (самое то на мой вкус) и поставил на плиту, включив конфорку. Потом пошёл помогать артефактору, проявлявшему чудеса ловкости в своём занятии. Через пару минут на столешнице лежала одна помытая картофелина. Мы со Стасом сели за пустой стол и молча наблюдали.

— Эх, семечек нет, — тихо сказал Стас, похлопав себя по карманам.

— Смотри как надо, — сказал Матвей своему новому кухонному подмастерью и на столешнице одна за одной стали появляться чистые картофелины. — Понял?

— Понял, — обречённо произнёс Сеня и вздохнул, как казнокрад на плахе. Выбора-то у него особого не было, а до поступления ко мне на службу ему явно сделали необходимое внушение — вот и не сбегает.