Я вернулся в ординаторскую и сел за стол, где меня ожидали щи и порция перловой каши с паровой котлетой. Все остальные уже доедали и никто не морщился от такой простой и приготовленной из самых простых продуктов еды. Ну да, согласен, из этих же продуктов можно приготовить гораздо вкуснее, но, после всего увиденного, не думаю, что Сеня стал бы есть перловку, даже если её приготовить как-то по-особенному.

— И где ты откопал это чудо? — спросил Герасимов, отодвигая от себя пустую тарелку. — Так он ещё и с тобой живёт?

— Да, — кивнул я. — Вчера подселился. Знакомые попросили за ним присмотреть на первое время. А то, сами видите, насколько парень не приспособлен к жизни, несмотря на свои таланты.

К этому расспросу я оказался не подготовлен, не скажу же я, что брат попросил, Алексей Демидов. Герасимов пристально смотрел на меня, словно ожидая продолжения рассказа. В дверь заглянула медсестра, Василий Анатольевич и Олег Витальевич встали и куда-то вышли из ординаторской, мне уже немного полегчало. Второй никогда особо не лез в мои дела, а вот Василий мог тоже сейчас заинтересоваться и начать задавать каверзные вопросы.

— Это какие такие знакомые? — живо заинтересовался наставник, когда мы остались в ординаторской одни. — Ты же сам не местный и вроде как издалека, если я правильно понимаю.

— Я же говорил, из-под Екатеринбурга, — повторил я фразу из официальной легенды. — Сын барона Комарова.

— У барона Николая Комарова сын по имени Иван поступил на службу в личную гвардию губернатора, — сказал Герасимов, продолжая пристально смотреть мне в глаза. — Я недавно поинтересовался, навёл справки.

Последний кусок котлеты категорически отказывался лезть ко мне в горло, встав поперёк. Я откашлялся и посмотрел наставнику в глаза, стараясь говорить убедительно.

— Всё правильно, поступил, и меня отправили к вам на стажировку в связи с наличием двойного дара, — ответил я, стараясь говорить спокойно. — У вас, вблизи Аномалии, лучше условия для развития дара, а тем более двух. Вы ведь наверно слышали, что таким вдвое тяжелее?

— Слышал, — кивнул Наставник, не отводя взгляда. — Я вчера разговаривал с Иваном Николаевичем Комаровым по телефону, он на месте, в расположении личной гвардии губернатора.

Мир трещал и рушился прямо у меня на глазах, последняя надежда на то, что всё обойдётся, растаяла, как снежинка на ладони. Я просто продолжал смотреть ему в глаза и молчал, не находя нужных слов. Наверное, он давно меня раскусил, а теперь решил на эту тему поговорить, пока никого нет рядом. Что-то внутри меня тихо шептало, что всё будет хорошо, несмотря ни на что. Но, какое там хорошо, если моя легенда разваливается, как карточный домик от дуновения ветра?