Меня так и подмывало сказать ей правду и рассказать, кто я такой. Но делать это сейчас не имело смысла. Между нами только установилось доверие, и Юля начала считать меня частью семьи.
Расскажу ей правду — и она, чего доброго, решит, будто я какой-то псих!
Нет, лучше буду придерживаться старой версии.
— Ну, есть какое-то сходство. Ничего удивительного, раз он наш предок! Да и вообще, если приглядеться, не так-то уж он на меня и похож…
— Да? — Юля захлопала глазами. — А мне кажется, что одно лицо!
Она продолжала удивлённо бормотать, а я тем временем огляделся. Папка, в которой Юля увидела этот рисунок, лежала прямо у нас под ногами.
Я поднял её и пролистал.
И вот тут были по-настоящему удивительные вещи!
Насколько я помнил, найденный Юлей рисунок был единственным в своём роде. Уникальная картина, на которой я запечатлён в возрасте двадцати с чем-то лет. Тогда я, начинающий Хранитель, никого особо не интересовал, и рисовать меня не хотели.
Исключение сделала только одна начинающая художница. Уж больно я ей тогда понравился. Она специально пригласила меня в свою мастерскую и всю ночь рисовала с меня портрет.
Ну то есть как всю ночь. Меньшую её часть! Потому что у нас с ней нашлись дела и поинтереснее…
— Хозяин, а чему это ты так рррадуешься? — прорычал мне на ухо Синеглазый. — Улыбка во весь рррот!
— Да, так вспомнил кое-что приятное…
В найденной нами папке я нашёл и другие свои портреты. На всех я был изображён как высокий и мощный мужчина в самом расцвете сил с густыми усами и яростным взглядом.
Вот он я. Настоящий Князь Искажений!
Помимо одиночных рисунков я обнаружил копии с других картин, на которых я позировал с товарищами.
Вот мы на охоте в Древнем Искажении, сидим уставшие после победы над огненным змеем.
Вот я и мой друг князь Раскольников выбираемся из пещеры огромного циклопа.
А вот здесь мы только что узнали проход к Сердцу Искажений, и я, улыбаясь, с бокалом пенного, стою в окружении ликующей толпы…
Для меня всё это случилось практически вчера.
Но для всех остальных прошло триста лет и превратилось в давно забытую историю…
Помимо копий рисунков в папке находились многочисленные выписки из книг и энциклопедий.
Все они были посвящены мне и моим людям.
Вот уж не думал, что увижу что-то подобное…
— Кто вы такие и что вы здесь делаете⁈
Я обернулся. Так погрузился в чтение, что пропустил приближение хозяйки кабинета.
В дверях стояла девушка лет двадцати пяти. Личико у неё было милое, но растрёпанные волосы и огромные очки значительно её портили.
Одета она была в покрытый пылью рабочий халат. На груди болталась табличка.