— Многие шарахаются от колдовства, — заметила она по пути, — а зря. Такое же оружие, как меч или лук. Если мозгов не хватает им пользоваться, скорее себе навредишь, чем другим. Но я об этом вчера уже говорила…

— Что за птица эта твоя некромантка?

— Птица? — Лара усмехнулась через плечо. — Она… своеобразная. Тихая, нравы весьма вольные. Деньги — вот ее главный интерес. Но уважение прояви. Умеет обучать по свиткам — значит, и сама колдовать мастерица. За жизнь накопила такой арсенал, что только ей да предкам известно, на что она способна.

Принял к сведению.

Мы поднялись на второй ярус Бухты и нырнули в узкий проулок, петляющий между обшарпанными строениями. В этом посёлке были места и получше, но это к ним точно не относилось.

Воздух здесь был тяжелым, пропитанным вонью тухлой рыбы и перебродившей медовухи. На мгновение мелькнула мысль, а стоит ли вообще доверять этой охотнице. Впрочем, Забава поначалу тоже вызывала вопросы, а оказалась надежным товарищем. Но это, как говорится, другая история.

Проход вывел нас к отвесной скале. К небольшому уступу в ней вел хлипкий дощатый трап метра три длиной. Внизу — пятнадцатиметровый обрыв, острые камни и лениво плещущаяся вода. Перспектива не из приятных.

— Лара махнула рукой и легко ступила на доски.

— Там же пусто.

— Уверен?

Она дошла до скалы и толкнула ее. То, что казалось монолитным камнем, оказалось искусно замаскированной дверью.

Лицо я сохранил непроницаемое, но, надо признать, фокус впечатлил. Местные иллюзионисты знали свое дело.

Проверив, на месте ли меч, я шагнул за Ларой в темноту.

Несколько шагов по сырой, гулкой пещере, и за поворотом открылось целое море мерцающих факелов.

Пространство внутри скалы было огромным, выдолбленным вручную. Редкие каменные колонны поддерживали свод. Между ними — импровизированные лежанки из сена и мешков с песком.

На половине из них валялись тела. Разные расы, разный вид. Все в одинаково расслабленных позах, головы откинуты. Казалось, их и армагеддоном не разбудишь.

Объединяло их одно — трубка, лежащая рядом с каждой кроватью. Бывал я как-то в Египте во время одной из командировок, заглядывал в кальянные. Это было что-то похожее, только дурман, который они курили, явно был посильнее.

Под потолком висело плотное облако дыма, безуспешно пытавшееся найти выход из душной камеры.

— Что за дрянь они курят?

— В основном травы или сушёные грибы с разными добавками.

— Привыкание вызывает?

— Не особо. А вот видения, которые он дарит — очень даже. Мир становится другим. Ярче, лучше. Собственно, поэтому многие и подсаживаются на всякую дрянь, верно?